Книга Тот, кого нельзя, страница 52 – Морана Ран

— Не ори, — попросила она, и в ее голосе вдруг прорезалось знакомое самодовольство. — Ты правда думаешь, что меня можно просто так избить?

Я присмотрелась в слабом свете ночника, Кира сама попросила убрать яркий свет. На ее белой футболке расплывались пятна, костяшки пальцев были сбиты в кровь.

— Кровь не моя, — выдохнула она. — Ту суку унесли на руках. Но я кажется, на капоте немного проехалась в конце.

Я изумленно выдохнула, а она тихо, болезненно посмеивается.

— Забей, я живучая. Не останавливайся, — попросила она, когда я осторожно начала ощупывать ее плечо, перестав перебирать волосы. — Так мама в детстве делала.

Мне стало горько. Я вдруг отчетливо представила эту девчонку, которая привыкла быть один на один с миром. Вечный протест, высокомерная маска, а внутри просто потребность в том, чтобы ее пожалели.

В такой позе нас и застал Никита. Я в очередной раз порадовалась, что не выбросила его визитку. Он деловито отодвинул меня в сторону, включил свет и начал осмотр. Его пальцы двигались быстро и точно.

— Поздравляю. Похоже на перелом ребер. Едем в клинику, нужен рентген и УЗИ, проверить внутренние органы.

Я подрвалась ехать с ними. За десять минут успела собрать сумку, схватила свой спортивный костюм, шампунь, щетку. Никита пытался меня остановить, говоря, что в клинике все есть, но я действовала на автомате.

Следующие три часа прошли в сумасшедшем беспокойстве. К счастью, обследование не выявило ничего, кроме трещин в двух ребрах и множественных гематом. Киру устроили в палате под наблюдением.

— Как Мальцеву объяснять будешь? — спросил Ник, приподняв бровь.

— Не знаю. Не сегодня точно, — я сжала его руку в благодарности. — Спасибо тебе. Если бы не ты... я бы с ума сошла.

— Все позади. Она выносливая, — Ник кивнул, прощаясь.

Я зашла к Кире, она уже засыпала под обезболивающими. Ее грудь была туго перетянута бинтами.

— Завтра приедешь? — сонно спросила она.

— Конечно.

— Едь домой, Мир. Демьян скоро будет, а в квартире бардак. Он привык, что я пропадаю, не заметит. А я тебе потом все расскажу.

В восемь утра я оказалась дома. Странно, как быстро я стала воспринимать жилье Демьяна своим. Понимая, что не усну, я принялась за уборку. Отправила в стирку окровавленное белье, изучила испорченные вещи Киры, только в мусор.

На журнальном столике лежала ярко-зеленая куртка Никиты, он забыл ее, когда помогал транспортировать Киру. Я прижала вещь к груди, задумавшись о том, какой сумасшедшей выдалась ночь, и не заметила, как открылась входная дверь.

Очнулась я, когда на пороге спальни появился Демьян. Я испуганно вздрогнула, все еще сжимая в руках узнаваемую куртку Никиты.

Придурок охватил взглядом комнату. Его глаза расширились. Он увидел отсутствие белья на кровати и меня, с чужой мужской курткой в руках, в его спальне после того, как я уехала с левым мужиком. Никогда не видела у него такого выражения лица. Словно он сейчас разорвет меня на части.

— Да ты, сука, издеваешься, — протянул он страшным, севшим голосом.

— Демьян, я... это не то, что ты...

Договорить я не успела. Он шагнул ко мне, стремительно, как хищник. Его лицо исказила гримаса такой ярости, что сердце ушло в пятки.

— Убирайся! — взревел он.

Он не ударил меня, но с такой силой толкнул в плечо, что я отлетела к стене, больно ударившись лопатками. Куртка Никиты выпала из моих рук.