Книга Запретная, страница 154 – Татьяна Серганова

Туманов быстро оказался рядом, нежно касаясь руки.

— Порезалась?

— Всё из-за тебя, – пробормотала она, продолжая слизывать капельки крови. – Вот почему ты так всё любишь усложнять, Туманов? Разве ты не этого хотел? Я подписала контракт, вручила тебе. Откуда эти зачем, почему, отчего?

— Давай залечу.

— Сама могу, – отворачиваясь, буркнула Белль и шепнула заклинание, которое тут же затянуло ранку на пальчике. – Если передумал, то так и скажи.

— Не передумал.

— А мне вот кажется, наоборот, – ведьма отступила к плите. – Если боишься, что я устрою истерику, то зря. У меня даже и мысли не было.

— Я подпишу, – перебил её Страж. – Сейчас подпишу и отдам тебе. Сама решишь, что с этим делать и когда давать контракту ход. Не знаю, что тебя спровоцировало, но я рад. Правда, очень рад.

Игорь вновь шагнул к ней и обнял, прижимаясь к спине и целуя в макушку. Белль напряглась, но вырываться не стала, лишь тихо вздохнула.

— Всё это… так непривычно.

— Знаю.

— И необычно.

— Угу.

— Но я предпочитаю сразу всё решить, чем тянуть резину.

— За это я тебя и люблю.

Изабелл вздохнула еще тише.

— Тьма, Туманов. Но почему ты такой? – в сердцах прошептала она.

— Какой? – улыбнулся он и потёрся носом об её макушку. Густые волосы щекотали, а Игорь жмурился от удовольствия и невероятного чувства тепла и покоя.

— Мой, – улыбнулась Белль, поворачиваясь к нему. – Только мой.

— М-м-м, – прошептал он, наклоняясь к её губам.

— Лазанья, – предупредила ведьма с легким смешком.

— К черту.

— Сгорит.

— Потушим…

Денис

Она снова ему приснилась – рыжая девочка с потрясающими глазами цвета виски.

Денис возненавидел виски. И спать у себя в комнате больше не мог, раздираемый сладкими воспоминаниями, то и дело ловя искорки, которые даже спустя почти месяц продолжали кружить по комнате, будоража душу и разрывая сердце на части.

Поэтому стоило Игорю уйти, как Денис перебрался в гостиную, спотыкаясь и держась за стенку, как пьяный. Там, сбив журнальный столик, кое-как лег на жесткий диван и почти сразу отрубился, слишком уставший и измученный, чтобы общаться внимание на неудобства и всеобщий хаос, который оставил после себя.

Всего пара часов долгожданного, необходимого сна. Но и там мужчине не было покоя.

Олеся снова и снова приходила к нему, мягко, чуть смущенно улыбалась, приподнимая уголки чувственных, таких сладких губ. Со светло-карими глазами, зрачки которых расширялись, когда она была на грани наслаждения. С манящим, совершенным телом, с нежной молочной кожей, которая горела от прикосновений Дениса.

Его Рыжик… в чужих руках.

Денис дёрнулся от боли и открыл глаза. За окном уже светало, оранжевое солнце лениво окрашивало золотистым светом всё вокруг, мелодично пели птицы, и в воздухе пахло угасающим летом.

Страшно хотелось пить, но для этого надо было встать и пройти на кухню. А ему было лень даже двигаться, не то что ходить. Какой смысл всего этого? Жалкая попытка стать другим, изменить свою жизнь, обернувшаяся полным фиаско.

Что будет дальше? Когда им удастся добиться своего, внести изменения в закон и повернуть мир в другую сторону? Как ему жить дальше? К чему стремиться, когда жизнь утратила краски, став пустой, серой и безликой?

— Дожил до тридцати лет, а ума так и не нажил, – невнятно прохрипел мужчина, глядя в потолок.