Книга Уроборос. Том 1, страница 106 – Виктор Громов

— Может, устроим отдых подольше? Люди очень устали, да что там говорить, мы все еле выдержали этот бесконечный переход по горам. А теперь снова идти по пустыне, потом переправа через реку, обустройство крепости. А затем подойдет Нарсес, и марши продолжатся. Конца и края им не видно.

— Я понимаю твои доводы. Но у нас нет времени, как только доберемся до места, там уже солдаты отдохнут. Отряды готов и скифов уже выполняют свои задачи?

— Да, еще днем они покинули лагерь.

— У нас теперь совсем мало конницы. Вернее, есть армяне, но они катафракты. Для разведки и заслонов от них мало толку. Следи за дисциплиной, Афимий. Мы теперь во вражеской стране, я уверен, утром уже были посланы гонцы в Ктесифон и в ближайшие расположения армии персов с новостью о нашем прибытии. Нам нужна особая осмотрительность.

Армия двинулась на запад и через два дня прибыла на берег Тигра. Многие видели эту прославленную реку первый раз в жизни и были изрядно разочарованы, что великий Тигр, неоднократно упоминаемый в Библии, на деле оказался узким мутным потоком, сбегавший с гор. Реки в родных землях солдат были гораздо шире и величественнее. Офицеры объясняли, что это верховье реки, и она, естественно, узкая и неприметная, но дальше на юг становится гораздо больше и величественней. Были быстро сооружены два понтона, по которым армия перебралась на правый берег и формально оказалась в Месопотамии.

Не слишком отдаляясь от реки, офицеры выбрали место для постройки крепости и работа закипела. Расположение было очень грамотным: с одной стороны, находясь в тылу пограничных иранских городов Нисибис и Сингара, крепость отрезала их от внутренних районов Персии. С другой, совсем рукой было подать до древней армянской столицы Тигранакерта, сейчас лежавшей в развалинах, но сохранившей значительные укрепления. И, наконец, тоже недалеко было до ромейского города Мартирополис. Готы, как признанные мастера укреплений и инженеры, создали проект крепости, исходя из местных условий. На невысоком холме было начато строительство земляной стены, рва и траншей, в нужных местах вбиты колья, организованы ворота. Склоны были искусственно усложнены, верхушка холма была разбита на участки для палаток, места для коней, мастерских и скота. Выкопаны три колодца, установлены башни со стрелометами. Поскольку, в данной местности дерева практически не было, обжигали кирпичи на солнца и, таким образом, укрепляли защиту. Так же зарывались внутрь холма, чтобы расширить склады хранения и создать запас воды. Ираклий был приятно удивлен и инженерами, и всеми солдатами. Видимо, готы каким-то образом переняли опыт в Италии мастерство древних римских мастеров, которые могли в любом месте и из любого материала создать шедевр инженерного искусства. От работы никто не отлынивал, даже надменные армянские аристократы. Видимо, офицеры хорошо до всех донесли необходимость создания крепкой базы на вражеской территории, которая будет служить не только им, но и для всего похода. Через три дня можно было констатировать: работа только начиналась, но ее основные наметки уже виднелись, и все шло по плану.

К Ираклию стали приходить первые сведения касаемо диспозиции. С юго-запада прибыли готы с новостями, что Нуман со своими арабами не нарушил слова и сейчас движется с двухтысячным отрядом. Полководец этому был искренне рад, поскольку в этой пустынной войне ценность легкой арабской конницы было сложно переоценить. Так же, прибыл гонец из Двина. Васак действительно занимался распрями в городе, но не забыл послать отряд катафрактов, который долен был скоро прибыть. Каким-то невероятным зигзагом судьбы с ним столкнулся последних их отрядов карателей Ашины, и теперь они вместе продвигались по нагорью на юг. Однако две новости действительно тревожили Ираклия, и о них почти одновременно сообщили Гунерих и Ашина. Это было в один из дней, когда Ираклий вечером наблюдал за течением работ по углублению рва. Сперва подошел гот.