Книга Еще один шанс, страница 173 – Велл Матрикс

Зал под нами был битком набит танцующими людьми, а до нас не доносилось ни звука.

— А отсюда можно спуститься, — довольный произведенным на меня впечатлением, Адриан указал на дверцу в стеклянной стене, почти незаметную. — Здесь регулируется уровень шума.

Он постучал по столешнице, на которой мгновенно загорелись какие-то знаки.

— Так это не стекло звуконепроницаемое, а какой-то артефакт? — не удержалась и уточнила я.

Адриан кивнул.

— И меню. Есть напитки и закуски, чтобы подкрепить силы.

— Так поэтому приватные встречи? Артефакт в обе стороны работает? — догадалась я.

— Именно, — он кивнул.

Я довольно быстро разобралась с управлением встроенного в столешницу меню, немного снизила шумоподавление, чтобы слышать музыку, и заказала себе коктейль.

Безалкогольный. Напиваться в мои планы не входило.

— Итак, вы танцевать не будете? — уточнила я.

Мало ли. Вдруг в этом мире солидные мужчины вовсе не считают зазорным танцевать среди молодежи.

А музыка-то знакомая. Неужели «Дар снов» уже в местных клубах включают?

Как будто я попала в собственное прошлое.

— Я лучше полюбуюсь, — улыбнулся он. — Иди, развлекись.

М-да, некрасиво как-то получается. Выбрала себе развлечение, а моему спутнику остается только скучать в одиночестве.

Но, с другой стороны, он ведь понимал, на что соглашается, принимая мое предложение? И ему ничто не мешало предупредить меня заранее о выборе места для свидания. Так что нечего забивать голову чувством вины. Я хотела танцевать — и пусть дискотека начнется.

Самое сложное на танцполе — сделать первое движение, включаясь в танец. В юности кажется, что все вокруг смотрят только на тебя, оценивают каждое движение, твою гибкость, грацию, выносливость. И эти воображаемые взгляды сковывают, мешают свободно двигаться под музыку без оглядки на чужое мнение.

Ох, как же сложно быть юным, жаждать одобрения окружающих и бояться их порицания… Как хорошо, что я это уже переросла.

А потому без колебания выхожу на танцпол, всем телом ловя знакомые ритмы.

У моего нового тела нет памяти о дискотеках моей юности. Но я двигаюсь так, словно только вчера зажигала на самых крутых клубных вечеринках моего мира.

Мне легко. Я физически натренирована, у меня есть бальная подготовка и навыки рукопашного боя — движения, которые прекрасно вписываются в музыкальный ритм. И меня ничуть не ограничивают заученные па.

Я отдаюсь музыке, не думая о том, как выгляжу со стороны. Я ощущаю себя бесконечно свободной, и меня не беспокоит, что подумает обо мне мой спутник. Я выплескиваю в диком, безудержном танце все то напряжение, что копилось внутри меня долгие годы моей прошлой жизни. Чудесная терапия — и почему однажды я сочла, что не нуждаюсь в ней больше?

Я всегда любила музыку, но сама же запретила себе танцевать, забыв, какое это удовольствие.

В какой-то момент я вдруг обнаружила, что вокруг меня танцпол опустел. Но удивиться не успела — я стояла в центре круга из танцующих, которые жадно наблюдали за мной и пытались повторить мой танец.

Зажигаем!

Адреналин плеснул в кровь веселья, и я продолжила танцевать, наслаждаясь чужим вниманием. Пусть смотрят. Пусть учатся.

Пусть танцуют.

Но танцы — это не только веселье, но и немалая физическая нагрузка. Нет, усиль я себя, и могла бы танцевать без перерыва несколько часов, но ради чего? Приятная усталость после танцев — это часть удовольствия, лишаться которой мне не хотелось. Поэтому, натанцевавшись вдоволь, я вернулась к принцу.