Книга Беглянка, страница 56 – Велл Матрикс

— Это состояние организма, которое можно исправить, — заметил он. — Но вам в принципе не о чем переживать. Схроны редко делали большими, так что нам не понадобится много времени, чтобы отыскать прорыв. К тому же хаоты всегда приманиваются броней, и нам не придется гоняться за ними по всему лабиринту. А если идти в сторону, откуда будет появляться наибольшее количество хаотов, то придем к прорыву.

— Пытаетесь меня убедить, что нас ждет небольшое приключение на пару часов? — скривилась я.

Планы… еще бы все шло согласно планам.

— Уверен, это не займет много времени.

И ведь впрямь уверен. Я только вздохнула. Все равно от меня тут ничего не зависит. Прислушаться ко мне Шарль не хочет, его долг важнее моей безопасности. Выбраться в одиночку из этого схрона я по-прежнему не могу. Так что все, что остается — это следовать за кадхаи.

— Пойдем тогда? — предложила я. — Раньше начнем…

Дольше провозимся, проворчала я про себя спустя еще пару часов и несколько битв Шарля с хаотами.

Броню кадхаи не снимал, что вполне понятно, учитывая, что нас окружают враги. И наблюдать за ним было довольно странно. Затянутая в сияющий металл фигура совсем не ассоциировалась у меня с Шарлем. Это был настоящий рыцарь, что защищал меня от страшных чудовищ, рядом с которым я была в безопасности. А Шарль был угрозой, от которой следовало держаться подальше. И, глядя, как ловко справляется с хаотами кадхаи, я просто поверить не могла, что это тот самый Шарль, из-за которого я вообще оказалась здесь.

И кадхаи действительно приманивал хаотов, которых в лабиринте оказалось неожиданно много. Поэтому за ту пару часов, что мы ищем прорыв, уйти от места, где появился Шарль, удалось не больше чем на сотню метров.

Наверное, будь Шарль не один, то управиться можно было бы быстрее. Или наоборот, будь он один. Но кадхаи не просто сражался с чудовищами, он защищал меня.

Следовало признать, ему удалось произвести на меня впечатление. Не то, чтобы меня часто защищали. Более того, обычно это я выступала в роли защитника. Все же я была сильнее большинства тех, с кем меня сталкивала жизнь. Ощутить себя слабой было интересным опытом. При других обстоятельствах я бы точно не осталась равнодушна к тому, кто с оружием в руках сражается за мою безопасность. Возможно, если бы Шарль начал с этого, а не с угроз, я бы отнеслась к нему совсем иначе.

А не будь у меня Вирона, я и вовсе была бы очарована.

Увы, за этой броней скрывался мужчина, не чурающийся насилия, эгоистичный и властный. И, стоит ему снять броню, все очарование развеется.

И я напоминала себе, что он бьется вовсе не ради меня. Им движет долг, и более того, он отказался увести меня отсюда, и опасности я продолжаю подвергаться в том числе из-за его эгоизма.

Мы снова шли вперед после очередной расправы над хаотами, и я решилась заговорить:

— Как вы думаете, далеко еще до этого прорыва?

— Не имею ни малейшего представления.

— А вам не тяжело постоянно в броне?

— Пугаю? — осведомился он странным тоном.

— Нет. Скорее наоборот, — призналась я честно. — Беспокоюсь о своем будущем. Вдруг вы устанете так, что не сможете держать меч.

— А наоборот от пугаю — это что? — озадаченно спросил он.

У них в броне что, мозги отключаются? Но вслух я это спрашивать, разумеется, не стала. Опасно так-то злить вооруженных людей.