Книга Беглянка, страница 42 – Велл Матрикс

И это не значит, что можно опустить руки и ничего не делать. У меня все еще есть время, мне не ограничили свободу передвижения, и я попытаюсь придумать, как себя спасти.

После возвращения на работу Пьер не то, чтобы начал меня избегать, но прежние приятельские отношения между нами не вернулись. Хотя причин этому я не видела. Может, чувствовал вину, что не может помочь? Но я его не винила. У него не было злого умысла, когда он приглашал меня на прогулку. И уж точно он не мог предвидеть столкновение с диким зверем. Да и не факт, что не возникло бы иной ситуации, когда я могла коснуться владетеля Эйлимхаи.

Конечно, я могла все это сказать Пьеру, но решила, что не буду навязываться. Ведь я могу и ошибаться, и его отстраненность — результат предвзятого отношения к запечатленным. И начну я, такая великодушная, лечить его от чувства вины, а он меня и за человека уже не считает. Неудобно вышло бы.

Да и в принципе делать вид, будто все хорошо, я бы не смогла. Коллеги привыкли к моей отстраненности, и от меня не требовалось улыбаться и поддерживать разговоры. У меня просто не было моральных сил, чтобы правдоподобно притворяться.

Одно радовало — Шарль держал слово, ожидая развода, и мы не встречались даже случайно. Но я не обольщалась надеждой, что он забыл обо мне. И ощущение чужого взгляда, что я ловила время от времени, заставляло сердце сжиматься от дурного предчувствия. Я помнила его угрозу и отчаянно боялась новой встречи.

А еще меня не оставляло чувство уходящего времени. Я изучила всю доступную информацию о запечатленных, даже художественную, но так и не нашла ответа, что мне делать. Все источники в один голос твердили, что запечатление — это навсегда, что только смерть разлучит запечатленных, что кадхаи никогда не отказываются от своих избранных. В художественной литературе это всегда заканчивалось плохо, но сочинители обычно склонны к драме, поэтому я отмахивалась от выдуманных историй. К сожалению, мемуары запечатленные не выпускали, так что сведений из первых рук мне достать не удалось. Да и что могут рассказать хорошего о своей жизни несчастные женщины, превращенные в инкубаторы?

Время утекало, и нужно было срочно что-то решать. Альтернативой запечатлению по-прежнему оставалось бегство с Танши, но я все еще не решила, что хуже. Больше всего мне хотелось спрятаться от всего мира и надеяться, что все разрешится как-нибудь само собой.

И чудо произошло, явившись ко мне в виде Пьера, подсевшего за мой столик во время очередного обеда.

— Вы выглядите грустной, Шайна, — посетовал он.

— Нечему радоваться, — призналась я.

— Вы так и не смирились? — уточнил Пьер. — Шарль сможет позаботиться о вас. У него есть возможности и желание получить сына. Вы могли бы многое приобрести от вашего союза.

— Я не из тех женщин, кому хорошо за спиной мужчины, — покачала я головой. — Мне бы хотелось сохранить независимость.

Пьер помолчал немного и вдруг заявил:

— А знаете, я ведь могу вам помочь.

— Да? — я изумилась. — Как?

— Видите ли. Между запечатленными образуется связь, которая позволяет кадхаи находить свою избранницу где угодно.

— Отличная новость, — расстроилась я, подумав, что в местной инфсети такой информации мне не попадалось.

— Но есть места, где кадхаи не может обнаружить свою запечатленную, — проигнорировал мои слова Пьер.