Книга Подарок с третьей планеты, страница 49 – Autumn Leaf

Проснулась от мягких поглаживаний по лицу и руке. Открыла глаза и увидела Рувата, который смотрел на меня с теплотой и улыбкой.

— Ты говорила во сне, моя талалиэла, — сказал он, заметив, что я проснулась.

— И что же я сказала?

— Гоша, как погладить хвост ламии и остаться незамеченной? — на этих словах он тихо рассмеялся, глядя мне в глаза. Какая красивая улыбка. Я привыкла к хмурым и серьезным мужьям и эта улыбка стала для меня буквально глотком свежего воздуха. А потом осознала, что он сказал и закрыла руками покрасневшее от смущения лицо. Какой кошмар.

— Кто такой Гоша?, — с тихим смешком спросил он.

— Так я называла свой ободок, дала ему имя. Он долгое время был единственным моим собеседником. Я задавала вопросы, а он отвечал в голосовом формате. Теперь у меня другой ободок, даже не знаю, почему обратилась к нему во сне.

— Ты очень красивая, — сказал он смотря мне в глаза, — Не могу налюбоваться. Прости, что разбудил. Тебя, наверное, уже заждались мужья. На улице ночь.

Перевела взгляд на окно, действительно темно. К мужьям идти не хотелось, а оставаться здесь неудобно.

— Извини, что мешаю спать. Уснула прямо во время разговора, неудобно получилось.

— Мне приятно находиться рядом с тобой, так бы и оставил тебя здесь. Просто не хочу провоцировать твоих мужчин.

— Если честно, я сейчас не хочу к ним идти. У нас возникли некоторые недопонимания.

— Из-за меня?

— Нет, что ты. По другой причине.

— Не хочешь говорить, — понял меня Руват.

— Возможно, в другой раз, — ответила ему.

Мы продолжали лежать молча и я снова уснула. Что-то совсем сонливая стала, от нервов, не иначе. Проснулась утром от неприятного ощущения пристального взгляда. Резко открыла глаза и повернула голову в сторону двери. Там стоял Никот и сверлил нас взглядом. Перевела взгляд на Рувата, он уже не спал и спокойно смотрел в ответ на Никота. Не хотелось ничего говорить и выяснять, но ситуацию в голове быстренько проанализировала. Да, я уснула с Руватом. Но мы оба одетые и даже не обнимаемся, отсюда следует, что мне есть чем ответить, если он устроит сцену ревности.

— Раока, я пришёл позвать тебя на завтрак, — заговорил Никот ровным тоном. Надо же, сдержался. Но почему обратился по старому имени? Типа сейчас меня фашей хотели назвать или я просто накручиваю? В ответ молча кивнула ему и начала вставать.

— Если никто не будет против, то я тоже хотел бы присоединиться, — сказал Руват, отчего я чуть не легла обратно. Он же вроде ещё слаб? Удивлённо посмотрела на него, на что он ответил:

— Когда истинная близко, восстановление проходит намного быстрее. Спасибо, Арина, что не оставила меня.

Он снова улыбался мне самой теплой и нежной улыбкой, на которую я невольно ответила такой же. Идиллию прервал звук закрывшейся двери. Очень громкий звук. Мы оба вздрогнули от неожиданности, а потом я резко рассмеялась от всей этой ситуации. Да уж, то ли ещё будет. Я встала с кровати и пошла умываться и приводить себя в порядок. Сразу за мной, слегка пошатываясь, словно впервые встал на ноги, шел Руват. Или он действительно впервые на ногах? А я даже не помогла, вот невнимательная.

— Руват, тебе помочь?, — участливо спросила у него.

— Нет, мне просто надо немного привыкнуть. Все хорошо, — улыбнулся он мне. Ему была приятна моя забота. А мне было не то, чтобы жалко его, не могу объяснить. Он здесь один, ослабший, а ведь ему ещё придется привыкать к моим вечно хмурым мужьям, которые вот так просто не впустят его в свой круг. Хотя, может и сам Руват не так прост, просто при мне такой мягкий? Ведь по сути он советник самого правителя, а там слабым личностям не место. Вчера он рассказал больше про планету, а не о себе. Надо будет ещё раз расспросить. Когда мы вышли, за столом уже сидели все мужчины. А самый главный мужчина — мой Кадит, увидев меня, что-то радостно залепетал на своем детском языке и протянул ко мне ручки. Вот кто действительно любит и рад мне. Взяла его на руки и зацеловала его сладкие щёчки. Он засмеялся и притянул, чтобы прижаться щекой к щеке. Такой жест он делал только со мной. Начал, когда ощутил, что у отцов щеки чаще всего колючие, а мои мягкие и нежные. Потискав его, посадила на детский стульчик. Остальные мужья смотрели в упор на ламиара, а ламиар любовался мной. Улыбнулась ему и предложила сесть за стол. Слуги быстро накрыли нам завтрак. Ела с аппетитом, учитывая, что вчера пропустила ужин. Мужья неохотно ковыряли в тарелках, ламиар не поддавался напряженной обстановке и спокойно жевал свою порцию.