Книга Баба Клава против!, страница 64 – Резеда Ширкунова

— Нет, братик, это совсем не так. Мне пришлось повзрослеть. Тем более у меня на руках дочь, которую я обязана вырастить хорошим человеком, да еще и маленькая сиротка-оборотница.

— Не оборотень?

— Нет, ты ведь знаешь, что девочки не наследуют вторую ипостась, лишь становятся сильнее, чем человеческие девушки. Поэтому для меня она в первую очередь человек. Да и не хотела бы я такой судьбы для малышки. Стать второй женой и терпеть издевательства и побои, если нет второй ипостаси, — это не жизнь, а жалкое существование. — Она не стала распространяться об известных фактах, которые ей поведала Ниби. До того момента, когда Орс и Ирая поймут, что они пара, еще целая вечность.

— Тебе виднее, Кларенция, ты же знаешь, я всегда был на твоей стороне! — Он посмотрел сестре прямо в глаза, отчего Клаву пробрала дрожь. Ей было непросто притворяться, будто она помнит младшего брата этого тела, но она не хотела, чтобы он заподозрил, что Кларенции больше нет, осталась лишь оболочка, в которой теперь живет душа Клавдии Ивановны Виноградовой.

— Что-то мы все обо мне да обо мне. Расскажи, что у тебя произошло?

Иркан нахмурился, и между его бровями пролегла глубокая складка.

— Когда ты уехала, отец отправил меня по делам в соседний клан, что расположен на востоке. Я должен был договориться о продаже древесины, которой у нас в избытке, и о покупке руды. Этим и занимался: отправлял обоз за обозом, пока от управляющего нашим домом не пришло известие о смерти отца. Это меня поразило, ведь он был сильным человеком, да еще и обладал магией, пусть и не великой. Но даже эти крохи давали ему возможность прожить дольше, чем бездарным людям. А тут такая неожиданная смерть. Пока я добирался до дома, оказалось, что брат уже его похоронил и женился на дочери главы с северо-востока, не выдержав даже времени траура. На этой рыжей бестии. Все, кто знал отца и хорошо ко мне относился, предупреждали, чтобы я был осторожен. Узнав от Андреаса, как наша невестка поступила с тобой и как брат на это отреагировал, я чуть не взорвался от возмущения. Пройдя в кабинет брата, я потребовал свою долю наследства и сказал, что утром уеду. Не хотел оставаться рядом с такими людьми! А ночью кто-то пробрался в мою спальню и, накинув подушку на лицо, стал душить.

Он замолчал, смотря вдаль, видимо, вновь переживая этот момент, затем продолжил:

— У меня под подушкой всегда лежал маленький стилет, который я прятал с детства, если ты помнишь?

Иркан не стал дожидаться ответа сестры и продолжил: — Выхватив его, я вонзил клинок между ребер и, почувствовав, что хватка ослабела, отбросил нападавшего. Он был в маске, но я и без нее мог бы сказать, что совершенно не знаю этого человека. Отдышавшись, я подумал, что, испугавшись, злодей сбежит, но не тут-то было! Он снова набросился на меня.

Клинок полоснул раз, другой… а дальше — лишь тьма. Очнулся в лесной глуши, под пологом непроглядной ночи. Как уберегло меня провидение от голодных глаз хищников? Весь в крови, я был лакомой добычей, легкой и беззащитной. До сих пор благодарю Создателя за спасение!

Помню, брел, еле передвигая ноги от слабости, к озеру, ища спасения в его прохладных водах. Но едва коснулся воды, она оттолкнуло меня, не приняло в свои объятия. И снова беспамятство.