Книга Свобода без корсета, страница 139 – Людмила Вовченко

— Почему?

— Потому что мы сами приведём помещение в порядок.

— Но место отличное.

— Тогда оно быстро найдёт другого арендатора.

Хозяин замолчал.

Маргарита посмотрела на окна.

На улицу.

На витрину.

Представила столы.

Ткани.

Женщин.

Отдельный салон.

Комнату для консультаций.

Место, где никто не будет кричать через мастерскую, что нашёл вторую серую ленту.

Хотя Жанна, вероятно, всё равно будет.

— Один месяц, — сказал хозяин.

— Два.

— Полтора.

— И проход за ваш счёт.

— Это невозможно.

Маргарита пошла к двери.

— Хорошего дня.

— Подождите.

Она остановилась.

Не обернулась.

Камилла смотрела с восхищением.

Софи — с полной профессиональной невозмутимостью.

— Один месяц снижения, — сказал хозяин, — и половину работ по проходу оплачиваю я.

Маргарита повернулась.

— Полтора месяца и две трети.

— Мадемуазель!

— У вас запах клея.

Он закрыл глаза.

— Хорошо.

— Договор завтра у нотариуса.

— Вы всегда так торгуетесь?

— Нет. Иногда жёстче.

Когда они вышли на улицу, Камилла расхохоталась.

— Запах клея?

— Он действительно ужасный.

— Ты бы сняла помещение и без скидки.

— Конечно.

— Тогда зачем?

— Чтобы он уважал договор.

Софи спокойно сказала:

— И чтобы осталось на новые столы.

Маргарита посмотрела на неё.

— Именно.

Камилла покачала головой.

— Вы обе опасные.

— Зато помещение наше.

Они стояли на тротуаре.

Перед двумя соседними витринами.

Старое ателье.

И новое пространство.

На улице пахло дождём, хлебом и весенним дымом. Мадам Пулен уже рассказывала кому-то, что Маргарита расширяется. Газетчик кричал очередную новость. Экипаж едва не задел лужу, но кучер вовремя отвернул.

Маргарита посмотрела на вывеску.

«Marguerite Lacroix. Modes et Robes.»

Слишком мало.

Теперь — мало.

Она уже видела другое название.

Не только платья.

Не только мода.

Дом, где женщина могла выбрать цвет, фасон, бельё, движение, голос.

— Камилла.

— Да?

— Нам нужна новая вывеска.

— Какая?

Маргарита задумалась.

— Пока не знаю.

Софи сказала:

— Лакруа оставить.

— Конечно.

Камилла улыбнулась.

— И что-нибудь про свободу?

Маргарита посмотрела на неё.

— Возможно.

— Без корсета?

Они обе рассмеялись.

— Слишком прямо.

— Зато запомнят.

— Подумаем.

Александр приехал вечером.

Не в экипаже.

На автомобиле.

Чёрном, блестящем, шумном, пахнущем маслом, бензином и будущим, которое ещё не умело быть тихим.

Вся улица вышла смотреть.

Мадам Пулен оставила розы.

Булочник высунулся из двери.

Жанна прижалась к окну.

— Он приехал на машине!

Софи даже не подняла головы.

— Это автомобиль.

— Какая разница?

— В словах.

— Он всё равно красивый.

— Автомобиль?

Жанна задумалась.

— Оба.

Маргарита спустилась в салон.

Александр стоял у двери в тёмном пальто, с ветром в волосах и выражением лица человека, который уже понял, что улица обсуждает его быстрее, чем успела заглушить двигатель.

— Добрый вечер.

— Вы решили окончательно испортить мне репутацию?

— Автомобилем?

— Всем сразу.

Он улыбнулся.

— Получилось?

— Улица уже считает, что я либо выхожу замуж, либо открываю фабрику.

— Оба варианта неплохие.

Маргарита подняла бровь.

— Осторожнее.

— Я стараюсь.

— Плохо.

— Знаю.

Он посмотрел на папку с документами.

— Реми был?

— Да.

— Всё в порядке?

— Жюль задержан. Селина уехала.

— Да.

— Вы знали.

— Да.

— И молчали.

— До факта.

Маргарита подошла ближе.