Книга Главная страсть снежного лорда, страница 62 – Елена Счастная

— Как я понял, вы хотели о чём-то с нами поговорить, лорд Холдгейд, — не теряя дружественного тона, уточнил отец, когда мы с Дэрианом устроились на диване, очень близко, бедро к бедру, а он — напротив в кресле.

— Да, и вопрос весьма серьёзный. Он напрямую касается прошлого Миранды… — начал было пояснять лорд.

Лицо отца слегка омрачилось, он стрельнул взглядом на вошедшую в гостиную матушку, а затем спросил:

— Прежде всего, лорд Холдгейд, я хотел бы узнать ваши намерения относительно нашей дочери. Болтают разное. Что вы соблазнили её ради того, чтобы питать Ядро, потому как ваша супруга сбежала с любовником. Что вы обманом привязали её к гарнизону и навели метки, чтобы убедить всех, будто она ваша пара…

— И верите всем этим бредням? — нахмурился Дэриан.

— Мы просто хотим знать. Сами понимаете, в отдалённых от рубежей империи новости зачастую доходят до столицы в искажённом виде, — спокойно пояснил отец.

— Нет, я не взял Миранду в плен, не охмурил её, чтобы использовать. Я собираюсь жениться на ней в самое ближайшее время не только потому, что она стала моей призванной парой, но потому что хочу этого больше всего на свете…

По мере того, как он говорил, лица родителей вытягивались, а глаза становились всё круглее. Я же буквально холодела от волнения, которое накрывало меня волной, спускаясь с макушки вниз по всему телу. Кажется, моё сердце колотилось уже так быстро, что я едва могла отделить один удар от другого.

— И потому, — наконец дошёл лорд до главного, — я хочу тоже услышать о вас честный ответ — Миранда действительно ваша дочь?

Глава 10

Поначалу ответом Дэриану стало полное молчание. Я испугалась даже, не поверг ли его вопрос родителей в шок. Но скорее они выглядели задумчивыми, а не растерянными.

— Разумеется, Миранда наша дочь, — наконец ответила матушка. — Право, не понимаю, откуда у вас вообще взялись такие вопросы. Я родила её, не спала ночами… К сожалению, Миранда была болезненной девочкой, и я рада, что тот период всё-таки прошёл.

Отец как-то воровато и немного обеспокоенно на неё покосился — даже я заметила, а уж от внимательного взгляда лорда это, тем более, не укрылось. Он моментально зацепился за неуверенные интонации матери и слегка настороженный вид отца.

— Я слышал от графа Кингсли, что Миранда очень сильно болела… — осторожно подступил он к этой теме. — А потом вдруг резко выздоровела, к тому же её волосы изменили цвет.

— Лекари сказали нам, что так бывает. Что болезнь отступает по неизвестным причинам, и это просто надо принять как данность, — так спокойно, как только можно было, пояснил отец. — И мы были рады тому, что это завершилось именно так. Нам не хотелось думать о том, почему именно это случилось. Тем более — о цвете волос.

— Я была в очень тяжёлом состоянии? — тоже вмешалась я в разговор. — Я ничего не помню из того периода. Даже того, как болела, не помню.

— Потеря памяти — не самое худшее, что могло с тобой случиться, дорогая, — слегка напряжённо улыбнулась мать.

Но Дэриана их слова, кажется, ни в чём не убедили, да и мне ничего не стало понятнее. Казалось бы, на этом можно было остановиться, прекратить расспросы, но он продолжил:

— Такие моменты, наверное, очень хорошо отпечатываются в памяти. Вы помните, когда именно Миранда пошла на поправку? — его голос звучал мягко и ровно, будто он не хотел напугать моих родителей и заставить их закрыться. Однако отец бдительности всё равно не потерял.