Книга ...штопаем ранения души, страница 114 – Александр Горохов

Мы с Жекой сидим за первой партой, и нас раздирает от желания что-то срочно обсудить. Шёпотом, разумеется, чтобы не мешать лекции. И каждые три-четыре минуты «электричка» нас одёргивает:

— Карасёв, Попцов, прекратите болтать… Попцов, Карасёв, хватит разговаривать… Карасёв, Попцов…

И так далее.

Психанув, отодвигаю стул подальше от стола, откидываюсь на спинку и, не отрываясь, смотрю в глаза Елене Дмитриевне. А та увлечена рассказом, найдя слушателя где-то в заднем ряду. Но столь пристальный взгляд сбивает внимание преподавательницы, и несколько секунд её глаза, как реле, начинают ритмично «перещёлкивать» с заднего ряда на меня. Щёлк-щёлк, щёлк-щёлк, щёлк-щёлк… Щёки заливает румянец смущения, и она уже неотрывно глядит на выбранного ей слушателя или слушательницу.

— Так вот, Женька, — снова я склоняюсь к плечу друга.

До конца пары — ни одного нового замечания в наш адрес.

В «прошлой жизни» именно на экзамене по Теоретическим основам электротехники Женька, сдавший его на «трояк», выйдя в коридор решил пересдать на четвёрку. А через пять минут, снова почесав затылок, рванулся исправлять и эту оценку. Меня же «заело», что я, зная предмет лучше друга, «прощёлкал клювом» с возможностью пересдачи, успокоившись полученной четвёркой. Именно эта история стала спусковым механизмом для нашего дружеского состязания, в результате которого мы оба закончили «технарь» с отличием, а я, по результатам учёбы, распределялся первым на потоке и имел возможность выбрать место распределения.

50

В среду у нас снова «окно» вместо третьей пары, но потом будет четвёртая.

— А пойдём снова ко мне сходим, — делает «загадочные» глаза Бородулина.

— У тебя же брат на каникулах.

Мне не нужно объяснять, ради чего сделано это приглашение в гости.

— Он в гости к бабушке уехал.

Тогда у меня нет возражений.

Уже знакомый диван в гостиной не сложен.

— Проспала сегодня, некогда было даже постель убирать. Зато поваляться можно, — плюхается на неубранную постель Ирина, а я сажусь рядом и уже тяну к ней шаловливые ручки.

— Подожди, — шлёпает она меня по ним. — Я на пару минут отлучусь.

В туалете слив зашумел довольно быстро, а вот в ванной девушка несколько завозилась.

— А ты чего ждёшь? — кричит она мне, приоткрыв дверь ванной.

Действительно, не мешало бы сходить «по её следам». А потом руки помыть. И, учитывая игривое настроение подруги, не только руки. На всякий случай. Мало ли? А вдруг повезёт?

«Маяк» уже негромко наигрывает мой любимый бониэмовский концерт «Океаны фантазии», а поверх расстеленного одеяла на боку лежит Иринка. В толстом синем халате из… Да не разбираюсь я в этих чёртовых тканях!

— Падай рядом.

В пиджаке? Чтобы он после этого выглядел, «как через жопу пропущенный»? Фигушки. Пиджак повисит на спинке стула, а если помнётся рубашка, то этого потом под ним не видно будет.

А лифчика-то под халатом нет, как я обнаруживаю, запустив руку за обшлаг! И к тому времени, когда мои губы добрались до них, соски затвердели и выросли до размера крупной горошины. Тем не менее, чтобы мне позволили стянуть плавки, пришлось добиваться не меньше получаса.

— Тебе не очень больно было?

— Не очень. Зато потом — так необычно…

Какая, нафиг, четвёртая пара? Пока отдышимся, пока себя в порядок приведём, пока до технаря дотопаем, уже треть лекции пройдёт.