Книга Рассвет Элларии, страница 154 – Джулия Фокс

Я заставил себя отвести глаза от багровой линии горизонта, а потом медленно поднялся на ноги и только тогда ответил ему:

— Потому что, когда ты останавливаешься... ты начинаешь думать.

Молодой Жнец растерянно, непонимающе нахмурился, переваривая мои слова, будто не до конца расслышал их или, наоборот, понял слишком хорошо. Я молча прошёл мимо него к коновязи, оставляя у себя за спиной очередные дымящиеся руины, очередную чистую победу и ещё одно полностью уничтоженное гнездо.

* * *

Кайрэн с его зноем, бурями и костями древних царств остался далеко на востоке и сменился затяжной, пронизывающей до костей сыростью земель Миридана. Одежда больше не сохла — теперь она насквозь пропиталась холодной дождевой водой. Дождь шёл с самого вечера, превращая разбитые дороги в грязное месиво.

Старый пограничный монастырь, где назначена встреча, давно превратился в безжизненные развалины. Когда-то давно здесь жили монахи, охранявшие и благословлявшие дорогу между государствами. Теперь от некогда величественной обители остались лишь полуразрушенные, поросшие мхом стены, осыпавшиеся арки да одинокая каменная колокольня, чудом пережившая десятки войн. Нейтральная территория. Идеальное, Богом забытое место для разговора, который не должен был услышать ни один шпион Совета.

Я пришёл первым. Оставив Жнецов разбить лагерь внизу у холма, я поднялся к руинам, встал под остатками уцелевшей каменной стены и молча смотрел, как потоки грязной воды стекают по древним плитам. Кожа на плечах ныла от сырости.

Каин появился почти через час. Один. Без доспехов из Пустоты и без знаков отличия Ордена. На нём был самый обычный, промокший тёмный плащ с накинутым на глаза капюшоном. Наставник поднялся по полуразрушенным ступеням и остановился в двух шагах от меня.

— Живой, — глухо произнёс он, не снимая капюшона.

— Пока да.

— Разочаровывающе.

— Взаимно.

Уголок его рта дёрнулся вверх, но эта мимолётная улыбка исчезла с его лица мгновенно, будто её там никогда и не было. И по этому резкому перепаду я сразу понял: хорошие новости на сегодня закончились, так и не начавшись. Лицо Каина выдавало мрачную скованность.

Некоторое время мы сухо, чисто по-солдатски обменивались обычными дежурными сведениями. Я коротко доложил о зачищенных демонических гнёздах; Каин вкратце обрисовал текущую оперативную ситуацию на дальних заставах; мы обсудили новые директивы Ордена по уничтожению Одержимых. Но вся эта гвардейская конкретика была лишь вынужденной, натянутой формальностью. Лишь ширмой, за которой мы оба пытались спрятать главное.

Первым к сути дела, как и всегда, перешёл Каин. Он резко повернулся ко мне, и его глаза хищно блеснули из-под капюшона.

— Ему хуже.

— Насколько всё плохо?

Каин долго смотрел в серую стену дождя за пределами арки, словно внутри себя мучительно подбирал правильные слова.

— Насколько... что мне... мне уже становится по-настоящему страшно.

— Что там происходит?

— Всё сразу, — он устало, с силой провёл широкой ладонью по своему лицу, стирая капли воды. — Его странные приступы участились.

— Какие именно приступы? О чём ты?

— Иногда он просто намертво замолкает прямо посреди важного доклада на Совете. Иногда начинает смотреть куда-то сквозь собеседника, будто тот сделан из стекла. Иногда вообще не слышит, что ему говорят в упор. А несколько раз... несколько раз я лично ловил его на том, что он вслух разговаривает сам с собой.