Книга Графиня Харель, страница 284 – Эльза Скарлетт

— Лея, ты там как? — спросил меня подлетевший Тирел.

— Тут ничего нет, — сообщила я. — Я уверенна в Радуге, она не может ошибиться. Тирел, это дендроид, и он умирает. Может нужно его оживить, чтобы получить маячок? Он ест даже темную магию, настолько ослаблен.

Тирел приземлился на соседнюю ветку и приложил руку к стволу.

— Если мы его оживим, то он нас самих съест, — заметил он. — Они же хищники.

— Давай Корина попросим сразу заморозить. Успеем безопасно уйти, — внесла я следующее предложение.

Вампир соскочил вниз к Тенебрею, и на земле объяснил, что нужно сделать. Он приложил руки к стволу и послал импульс исцеляющего заклинания. Дерево впитывало магию, и его кора начала оживать. Следом за этим на ветвях стали появляться листья и бутоны с хищными пастями. Когда первый цветок клацнул острыми зубами, все ветви, листья и цветы тут же застыли, скованные магией Тенебрея. Я засунула руку в дупло и вытащила из него маленький белый бутон раскрывшегося на ладони цветка с желтым камнем-сердцевиной.

Испытание было закончено. Меня с дерева снял Тирел, опуская на землю. Местность растаяла.

Мы двинулись к трибунам. Раньше нас туда добрались Стомиан и Элдрин, полностью увешанные тиной, поэтому были мокрые с ног до головы.

Ректор поаплодировал. Дядюшка криво усмехнулся.

— Двадцать восемь минут и сто тридцать два балла, — подвел он итог. — Радует, что вы быстро учитесь.

Мне показалось, что мы проходили полосу гораздо дольше. Она была сложней предыдущих. Нас отпустили сразу, а взрослые остались тренироваться сами. Когда мы шли к общежитию, вышедшие на раннюю тренировку адепты нас провожали сочувствующими взглядами. Пришлось греться магией, так как на улице было холодно, а костюмы промокли почти у всех и плащи не могли сильно согреть.

Мылась я тщательно и с наслаждением. Хоть в воде и не полностью побывала, частично промокла и была изрядно грязной.

На завтрак мы шли порядком довольные собой, обмениваясь впечатлениями.

— Жаль, что тренировки закончились, — сказал Элдрин.

— Не ты ли во вторник сокрушался по этому поводу? — спросил Стомиан.

— Но сегодня же здорово было! — воскликнул он. — Согласись, даже на прошлых играх так интересно не было!

— Прошлые игры организовывал Миллёр, — вспомнил Корин. — В этом году их организацией займется Истед, а у него тоже неплохая фантазия.

— Жаль, что не Сорель. Было бы здóрово, — согласился Тирел.

Мне показалось, что дядюшкиной фантазии хватило бы и на гораздо большее. Если учесть, что полоса на играх гораздо больше, а еще есть соперники, то порадовалась, что организацией игр дядя заниматься не будет. И тут же укорила себя за слабость.

День шел как обычно. И сегодня с Уквеа Ликхом я, наконец, занималась, как положено. Перепроверила все составляющие, что мы приготовили на прошлой неделе, кое-что пришлось переделывать. Мы приступили к третьему этапу изготовления амулета. Закончить его нужно было до растущей луны.

После тренировки по боевой подготовке я делала уроки, когда появился дядя. Он поздоровался со всеми. Я обратила внимание, что дядюшка одет в свой обычный серый военный мундир Сарнгейта и плащ. Для столицы одежда была не подходящей.

— Лея, я возвращаюсь. Зашел попрощаться, — сказал он мне.

Мне вдруг захотелось плакать. Три дня прошли так быстро, что я не успела их заметить. Я крепко обняла дядю, прогоняя слезы.