Книга Графиня Харель, страница 242 – Эльза Скарлетт

— Угу, — согласилась я, откусывая бутерброд. — Шпашибо.

И добавила, прожевав:

— Хорошо, что не лопнула. Даже не знаю, как можно пережить ее полное разрушение.

— С трудом, — признался Корин. — Не все выдерживают. Повезло, что все так закончилось.

Разговаривать с Тенебреем было легко. Я подумала, что будь на его месте сейчас Стомиан, Тирел или Элдрин, мне, скорее всего, пришлось бы выслушивать нравоучения. И скривилась.

— Инквизиция в академии, Лея. Тебе завтра не стоит идти на лекции, посиди тут пока. Ректор освободил тебя от занятий. И до конца недели отменил занятия по боевой подготовке для всех. Тренировки для тебя пока тоже запрещены.

Я перестала есть. Понятно было, что, если стражи заинтересуются мной, они быстро выяснят, что я совсем не графиня, и мое имя откроется всем. В расследовании произошедшего, я не дам никаких важных показаний, поэтому решение ректора скрыть меня от инквизиции, было логичным.

— Что-то смогли выяснить? Или это просто проверка? — задала я вопрос.

Тенебрей вздохнул и опустился на пол по другую сторону стола от меня, вытянув ноги.

— Защита поля была ослаблена. А портал активирован артефактом с проклятием. Кто-то из тех, кто бежал вместе с вами эстафету активировал его случайно. Разлом вызван, Лея, специально. И теперь пытаются понять, кого пытались устранить. И кто поставил ловушку.

Я удивленно жевала салат, рассуждая. В академии училось много высокопоставленных адептов, родители которых занимали главенствующие должности в королевстве. Взять, к примеру, тех же Тенебрея, Ризгасов, Клутвина… Но покушаться на них было глупо, я отвергла эту версию. К тому же все они занимались на закрытом полигоне. Со вчерашнего дня на открытом полигоне проводились тренировки только у факультетов прикладной и бытовой магии. Там была я, Линетта и другие девушки и парни. Кого из нас пытались устранить таким крайним методом? Ведь проще убить как-то иначе, чем ставить на закрытой территории такое сложное заклятие. За что вредить остальным? Наиболее логичной целью была я и племянница ректора. Но зачем пытаться устранить Линетту? Единственный вариант, это через нее повлиять как-то на ректора. И другое дело — я. Если кто-то знал или догадался, что я Хардин? Что я должна сделать артефакт королю? Что делала для него амулеты от проклятия? Этот вариант был более жизнеспособным.

Я погрустнела. Тот же Клутвин знал, кто я есть. И подозрения могли падать и на него. Я помнила, что на поле он подходил ко мне, вместе со всей своей командой. Мог ли он умышленно мне пытаться навредить? Ответить на этот вопрос я не знала.

А вот поставить ловушку мог любой хорошо владеющий проклятиями адепт или преподаватель. Да и ослабить защиту поля, если знать, как она работает не трудно. Тут подозреваемых больше. Другое дело, что создать такой артефакт с проклятием, могли далеко не все.

— К каким выводам пришла? — спросил заинтересованно Тенебрей.

— Или я, или, через Линетту, ректор, — поделилась я.

— Ректора убрать сложней, Лея, как и запугать. На него не повлиять, через племянницу. Ее родители просто уберут ее из академии. Смысла в этом нет, — заметил Корин. — Устранить пытались тебя. Но меня больше интересует, кто принес и подложил его. И насколько враги короля в курсе твоего участия в его состоянии. Или все же, хотели так, повлиять не на ректора, а на фельдмаршала Сореля?