Книга Герцогиня Хардин, страница 37 – Эльза Скарлетт

— Девушка обозналась, и приняла меня за одну из своих подруг с… отсутствием мозгов.

— Разошлись! — гаркнул эльф.

И я посмотрела на него с уважением. Так орать, мелодичным голосом, нужно было уметь! Ну, или долго репетировать… Девушка прошипела что-то сквозь зубы, уже в сторону эльфа, и ушла. Я же, пожав плечами, вернулась к своему курсу.

— Зря ты с Суилинь Брионир поругалась, — сказала мне Линетта, когда мы шли в сторону общежитий. — Она очень заносчивая и злопамятная. Еще и подруга Мейниры.

Я пожала плечами. Не привыкла никого бояться. Одно дело, когда шептались за спиной, и другое, когда оскорбляли при всех. Мнение девушек меня не волновало, но позволять унижать себя публично было нельзя.

Я быстро доделала домашние задания и после ужина, забрав все свои записи, отправилась в лабораторию. Нужно было продолжить работу, к тому же, после ужина Тенебрей снова куда-то пропал и мои надежды узнать про высший артефакт снова провалились.

Тирел присоединился ко мне в лаборатории позже, тихо занимаясь своими делами. Примерно через час, Корин все же появился и сразу зашел к нам.

— Лея, как обещал, — произнес он, вынимая свою сережку.

Я оторвалась от работы и взяла артефакт. Делал его незнакомый мне мастер и делал весьма качественно. Магические потоки были едва заметны. Я вынула из стола бумагу, перо и свои артефакторские очки. Нужно было перерисовать сначала силовые линии. Без матрицы, я не могла бы ничего сделать с ним. Очки сделали потоки более видимыми, но не все. Тенебрей внимательно наблюдал, за моей работой. Отвлекся, подходя ближе и Тирел.

— Лея, ты навряд ли сможешь составить схему артефакта, — пробормотал он.

Я ничего не ответила. Мы с отцом исследовали и артефакты демонов, которые нам попадали из гробниц. И он разработал методику их расшифровки.

— Погоди, не уходи, — попросила я некроманта и пошла в свою комнату. Вытянув чемодан из своего шкафа, я нашла мешочек с пылью фей, смешанной с пыльцой песчаных офиний.

Вернувшись в лабораторию, я снова взяла артефакт в руки и передала его Тенебрею.

— Корин, активируй артефакт, но держи его так, чтоб я видела.

Я подвинула к себе ближе лист и взяла небольшое количество порошка артефакторской стамеской. По едва заметным магическим линиям пробежали силовые потоки, и я сдула со стамески порошок. Пыльца фей, усиливала магию, а пыльца офиний дела видимой матрицу.

Пыльца оседала медленно и нужно было успеть зарисовать схему.

— Очуметь! — услышала я за спиной восклицание Тирела.

Отвечать было некогда, я быстро чертила. Когда пыльца осела, я снова повторила действия для восстановления видимости. Во второй раз я успела все перерисовать, и отложила перо. Пальцы от быстрого письма устали.

Забрав артефакт, я обтерла его мягкой тряпочкой очищая. А вот вампир от души смеялся, и я с непониманием посмотрела на него.

— Хорошие стихи, Корин, только не мне их нужно было читать, — пояснил он сквозь смех. Тенебрей тихо рассмеялся вместе с ним.

— Ну, не мог же я отвлекать Лею, — продолжал смеяться он. — Мне нужно было держать артефакт активным.

Глаза Тирела округлились:

— Оу-у! Вот оно как… Я думал между вами просто договоренность…

Я бросила на него предупреждающий взгляд.

— Да, ладно, — протянул он. — Так даже лучше.

— Пока возвращаю, — отдала я сережку Тенебрею. Видеть его без нее было непривычно.