Книга Герцогиня Хардин, страница 27 – Эльза Скарлетт

— Хочет свой талант продемонстрировать, — ответила я любопытному вампиру за подругу. — В том-то и дело, Линетта, что это все уже было и не интересно. Если хочешь выделиться, пой что-то, чего не ожидают от тебя, что-то, что точно запомнится всем. Но дело твое…

Линетта раздумывала, закусив палец. Я протянула ей яблочко. Подруга взяла и в задумчивости откусила. Все же лучше, чем пальцы жевать.

— Хорошо, а что можно тогда спеть на конкурсе?

— Если готова рискнуть, то пой эстрадные песни, — посоветовала я ей. — Что-нибудь запоминающееся и дерзкое. Что понравиться всем.

Тирел крякнул возмущенно и зашипел:

— Лея, лорд Сенье ей после этого голову оторвет!

Линетта сжалась, но ее глаза горели:

— Эм-м… Лея, только я не совсем понимаю, какую песню нужно. Может поможешь выбрать?

Блондинка нашла на столе листок и быстро начала шкрябать пером, записывая песни. Подошел к ней Стомиан, и заглянул в записи.

— Линетта, ты этого петь не будешь! — возмутился он.

— А ты попробуй запрети! — с вызовом ответила девушка, смотря ему в глаза и притянула к груди листок, как нечто дорогое. — Вот назло всем буду!

— Покажи, — попросила я.

Линетта неуверенно протянула свою записку, в которой значились довольно развязные кабацкие песни. Несомненно, в питейном заведении для мужчин они были бы восприняты весьма благосклонно. Я сильно удивилась этому выбору. Мою подругу из крайности оперных арий, швырнуло к репертуару солдафонов и пьяных работяг, исполняемым лихими развязными женщинами.

Сама я слышала эти песни в походах, когда солдаты сидя вокруг костра развлекались подобным образом от нечего делать, уставшие от сражений или длительных переходов. Естественно повторять или напевать их мне не разрешали.

— Эм-м, — протянула я шокировано. Умоляющий и отчаянный взгляд подруги остановил меня от дальнейших комментариев. Я поняла, что если начать ее сейчас разубеждать, то я приду к совершенно к противоположному результату. Линетта должна сама отказаться от своей идеи. Уже порядком узнав ее характер, я вполне допускала, что через время она поймет, что не осмелиться сама их спеть.

— Вот, беда-а!.. — обреченно протянул дракон, видя, что я не собираюсь возражать.

— Линетта, а ты сама слышала эти песни? — решила уточнить я, сомневаясь, что у подруги есть подобный опыт.

— Ага, месяц назад, через окно конюшни дома, когда проходила случайно мимо. Младшему конюху подпевали остальные, значит им эта песня нравилась. А еще одну, пели девчонки в общежитии, когда пили настойку из дома.

Стомиан крякнул усмехаясь.

— Значит полностью ты их не слышала? — уточнила еще раз я.

Линетта отрицательно помотала головой.

— Элдрин! — позвала я проклятийника.

Дроу вышел из своей комнаты какой-то помятый и заспанный. И вопросительно посмотрел на меня. Я попросила его подыграть на гитаре. Элдрин не соглашался. Пришлось очень сильно попросить, чтоб уговорить эльфа.

— Ладно, сама сейчас все поймешь, Линетта, — сдался итоге дроу и пошел за гитарой.

— Лея, готова? — спросил он, когда вернулся и уселся на диван возле меня. Сонный вид слетел с дроу и сейчас он выглядел весьма решительно.

— Погодите! — остановила нас Линетта. Она схватила со стола Стомиана бумагу и самопишущее перо и прибежала обратно. — Это текст записать, — пояснила она, — и музыку, я же песни до конца не знаю.