Книга Заноза для дознавателя, страница 48 – Люси Фер

Толпа зевак взревела, захлопала, засвистела. Ванда довольно улыбнулась, осторожно покидая ледяное поле.

Первый в истории академии «Ледок» турнир по «Белобою» начался.

Млад, как всегда, оказался прав. «Латырь» сразу же взяли первенство, не оставляя ни единого шанса своим соперникам: их слаженные действия и молниеносные броски снежков буквально сметали корзины противников со столбов. Каждый их ход был продуман, каждый бросок — точен. За ними с небольшим отрывом шла команда лечебников: они действовали осторожнее, но уверенно и методично.

К моей досаде, кашеварки пока не сильно преуспели. Их позиция на турнирном табло была второй с конца — всего на строчку выше «Дуняш». Такое соседство было досадным, музычки были слишком нежны для такой игры. Кажется, они не особо-то и старались победить, вяло кидая в соперников снежками — больше для вида, чем для результата.

— Нет, ну что ты делаешь! — завопила я, когда моя однокурсница Мира, которая занимала позицию «бросяка», в очередной раз запулила свой снаряд куда-то в бок, едва не задев одного из зрителей. Половина игр была уже сыграна, а надежды подняться хотя бы на одну позицию вверх у моего факультета ощутимо таяли. Я стиснула кулаки, чувствуя, как внутри закипает смесь досады и тревоги.

Корзина на нашей стороне поля с громким треском свалилась наземь — кто-то из следопытов метко попал в неё, и опора не выдержала веса. В этот же миг Мира от неожиданности поскользнулась на льду. Стараясь удержать равновесие, она стала размахивать руками, но это ей не помогло. С оглушительным грохотом девушка свалилась на лёд.

— Это плохо… — пробормотала я, вскакивая на ноги. Я во все глаза смотрела на лежащую на поле однокурсницу, которая не спешила подниматься. Её лицо исказилось от боли, а рука непроизвольно потянулась к лодыжке.

К ней подбежали судьи и Ванда. Окружив её, они перекинулись парой коротких фраз, и Гасар умело подхватил кашеварку на руки, бережно унося с поля.

— У команды «Ожгуча» травма. Мира Валеш не сможет более продолжать состязание. Есть ли желающие подменить её? — обратилась Ванда к толпе, её голос звучал громко и чётко, перекрывая гул зрителей.

Руки подняли пара следопытов, но девушка отрицательно покачала головой.

— Только факультет кашеваров! — твёрдо произнесла она.

Я осмотрела притихшие ряды зрителей и тяжело вздохнула. Лица вокруг были размытыми пятнами: кто-то сочувственно кивал, кто-то с любопытством ждал, что будет дальше. Поднявшись со своего места, я начала медленно спускаться вниз, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Я готова! — обратилась я к Ванде, и та мне ободряюще улыбнулась.

— Отлично!

Направившись к своей команде, отдыхающей от поединка в стороне, я мельком бросила взгляд на дознавателя. Орислав уже не сидел, он стоял справа от трибун, вальяжно прислонившись к деревянному столбу. Савосский смотрел на меня пристальным, нечитаемым взглядом — в его глазах что-то блеснуло, но я не успела понять, что именно.

Под звук гонга, извещающего о начале следующего раунда, на поле вышли следопыты и музычки. Расстановка сил была и так понятна, поэтому никто никаких чудес не ждал. Но всё-таки нечто необычное произошло. И очень быстро.

В первую же минуту одна из «Дуняш» с позиции «бросяка» получила снежком в лицо. Удар пришёлся точно в нос — кровь полилась почти сразу. Громко всхлипывая, девушка удалилась с поля, утирая слёзы и кровь рукавом.