Книга Вторая истинная для главы Тайной канцелярии, страница 112 – Екатерина Гераскина

Кейган с трудом оторвался от моих губ, тяжело, прерывисто дыша. Он начал исступленно покрывать горячими поцелуями мое лицо: целовал скулы, закрытые трепещущие веки, виски, линию подбородка.

— Девочка моя... — хрипло, как в бреду, шептал он прямо мне в кожу, согревая её своим сбитым дыханием. — Моя девочка...

Я тихо застонала, запрокидывая голову и подставляя ему чувствительную шею. Разум заволокло густым, сладким туманом, внизу живота всё туго стянулось от непривычного, пульсирующего жара. Я была готова пойти за ним куда угодно.

Он почувствовал это. Наша связь полыхнула так ярко, передавая ему мою абсолютную капитуляцию, что Кейган резко замер.

Он тяжело, со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Огромным, просто нечеловеческим усилием воли лорд Блэквут заставил себя остановиться.

Кейган нехотя, преодолевая сопротивление собственного тела, отстранился на несколько сантиметров. Его широкая грудь ходила ходуном.

Я медленно, с огромным трудом разлепила тяжелые веки. Мой взгляд был совершенно затуманенным, расфокусированным от пережитой страсти. Я смотрела на него снизу вверх, жадно глотая воздух припухшими губами.

Кейган смотрел на меня потемневшими, почти полностью черными глазами, в которых бушевал океан первобытного желания. Он медленно поднял руку. Подушечка его большого пальца легла на мою влажную нижнюю губу. Он слегка надавил на неё, едва заметно оттягивая вниз.

Этот простой, но безумно интимный жест заставил меня снова затрепетать.

— Составишь мне компанию за ужином?

На сразу поняла о чем Кейган меня спросил. В голове все еще был розовый туман.

— Конечно…

Глава 40

Кейган

Я осторожно подвел руки под спину и колени Кристины, поднимая с пушистой шкуры у камина. Кристина даже не шелохнулась.

Она уснула прямо на моем плече.

В моих руках её тело казалось совсем легким, почти невесомым — хрупкой драгоценностью, которую я едва не потерял, даже не узнав о её существовании.

Я нес её по слабо освещенным коридорам особняка, прислушиваясь к ровному, тихому дыханию.

Тени, мои верные стражи, бесшумно расступались перед нами, услужливо приглушая свет магических светильников, чтобы не потревожить её сон. Я вошел в свою новую спальню и бережно, словно хрустальную, опустил Кристину на широкую кровать.

Мою кровать.

Дракон внутри меня довольно и собственнически зарычал, требуя немедленно лечь рядом, прижать её к себе, зарыться носом в ее красные волосы и больше никогда не отпускать.

Как же отчаянно, до ломоты в костях я хотел, чтобы она жила в этой комнате всегда. Чтобы мы постоянно делили с ней постель, чтобы каждое мое утро начиналось с её сонного вздоха и её улыбки.

Но я жестко одернул своего внутреннего зверя, загоняя инстинкты подальше. Я понимал, что пока еще слишком рано.

Моя девочка прошла через кромешный ад, годами терпя пытки в сыром подземелье, где её держали в железных кандалах.

Любое мое резкое движение, любой излишний напор или требовательность могли её напугать.

Мне нужно было сохранять железное терпение. Доказывать свою преданность делом, шаг за шагом выстраивая между нами мост абсолютного доверия.

Тем более что в последние дни из-за жестоких допросов ковена и бесконечных поисков зацепок я и так слишком редко ночевал дома, пропадая в казематах Тайной канцелярии и не мог проводить с ней много времени. Потому нужно было действовать аккуратно.