Книга Двуликий бог, страница 150 – Мэл Кайли

— Так-то лучше, — подхватил вконец осмелевший глупец, что стоял подле нас и посягал на мою верность Локи. Бог обмана выжидал, лицо его было непоколебимо и сосредоточено. Мне не дано было понять, что творится в его голове, однако я так обессилела, что меня охватило безразличие. Мне стало всё равно, что случится со мной. Моим обидчикам в любом случае не удалось бы покинуть пламенные чертоги живыми. — А теперь ты будешь стоять и смотреть, как твоя женщина станет моей… — вкрадчиво протянул мерзавец, приближаясь ко мне и касаясь лица короткими неловкими пальцами. Я попыталась отвернуться, но снова столкнулась с холодной сталью.

— Это вряд ли, — безжалостно улыбнулся повелитель, и глаза его вспыхнули нечеловеческим огнём вместе с волосами. В тот же миг возникшее из пустоты пламя охватило обоих великанов, позабывших былую спесь и заметавшихся в панике и агонии по покоям. Я вскрикнула от испуга — огонь вспыхнул совсем рядом с моим лицом и волосами, однако он не коснулся меня, даже не опалил жаром. Некоторое время Локи пребывал во власти собственной силы, полностью слившись со своей стихией, жестоко мучавшей и пожиравшей двух вопящих турсов. Однако когда я окончательно лишилась сил и перешла в свободное падение лицом вниз, бог огня ловко преодолел расстояние между нами и поймал моё ослабевшее тело в свои объятия. Пламя слилось с раскалённой медью волос и исчезло, глаза его постепенно стали прежними. Позади догорали остатки самонадеянных йотунов, покои заполнял удушливый и густой запах палёной плоти.

Меня трясло, и я беспомощно рыдала в руках своего господина — слишком сильное напряжение мне довелось пережить, и я его не выдерживала, не справлялась. К тому же, лоб по-прежнему кровоточил, голова кружилась. Локи держал меня бережно, словно боялся ненароком причинить боль, а затем вдруг крепко прижал к своей груди, и я с удивлением ощутила, что он весь дрожит. Несгибаемый, невозмутимый, хладнокровный Локи, не ведающий жалости и сострадания, обнимал меня, как в последний раз, будто больше всего на свете боялся потерять меня, точно нас разлучили навечно. Я подняла на него удивлённый взгляд заплаканных глаз. Весь мир отошёл назад, расступился, и остались только мы — мы вдвоём. За спиной крепчали и приближались звуки сражения, творилось полное безумие, но нам это было безразлично. Я всё не могла унять горьких слёз пережитого ужаса и унижения, а он шептал со столь несвойственной нежностью:

— Моя светлоокая госпожа, что они сделали с тобой… Они… — Локи запнулся, но в его неровном голосе читался невысказанный вопрос. Пару мгновений я смотрела в его потерянные глаза, а затем сжалилась и отрицательно покачала головой. Двуликий бог с облегчением выдохнул и снова крепко обнял меня. — Всё в порядке, Сигюн. Всё бу… — в этот миг мелодичный звон стали вернул нас в реальность, и коротко сдавленно выдохнув, сильный ас вдруг навалился на меня всей тяжестью своего тела, и я едва устояла на ногах. Из груди его вырвался слабый стон, и по рубашке начало стремительно разрастаться тёмно-алое пятно. Взгляд повелителя затуманился, изо рта хлынула кровь.

— Скади передаёт тебе поклон, бог огня, — холодно презрительно раздалось за его спиной. Выглянув из-за плеча раненого аса, я с ужасом осознала страшную правду: двое верных стражников убиты, а к покоям пробился один из самых ловких и умелых среди подосланных турсов. Между рёбер Локи, ближе к спине, торчала рукоять кинжала, что вошёл в тело почти полностью, застав бога обмана врасплох. И вновь — в который раз! — виной происходящему кошмару была я. Локи сдавленно хрипел, не в силах вздохнуть, а я всё ещё бессознательно поддерживала его быстро теряющее кровь и силы тело. Враг не терял времени даром: резко и болезненно вытащив клинок из тела раненого противника, он вновь занёс его над спиной Локи, чтобы обрушить на двуликого бога последний удар.