Книга Двуликий бог. Книга 2, страница 75 – Мэл Кайли

— Как ты себя чувствуешь? — я вернулась на своё место подле супруга, коснулась прохладной ладонью его пылающего лба. Локи ещё бил жар, однако потемневшие карие глаза смотрели на меня уже более осознанно, чем с утра. И всё же, как бы я ни пыталась этого избежать, взгляд мой то и дело соскальзывал ниже, чтобы задержаться на изуродованных губах господина. Наверное, это зрелище было не таким ужасающим, каким могло бы стать, но я, тем не менее, надеялась, что со временем не останется ни единого следа этого позорного и тяжёлого воспоминания.

— Лучше, — коротко отозвался бог лукавства, и губы его передёрнуло. Я догадалась, что беседа наша закончена, вздохнула и погладила любимого аса по щеке. У постели повелителя стоял приземистый резной стол — тот самый, что ещё несколько дней назад приносили на веранду. На его ровной деревянной поверхности покоились оставленные услужливой служанкой глиняный кувшин, пара золотых кубков, корзинка с яблоками Идунн и маленький изящный ларец, скрывший обсидиановый клинок. Я наклонилась, уткнулась грудью в живот, про который то и дело умудрялась забыть, занятая своими мыслями, и, наконец, дотянулась до кубков. Наполнив один из них целебным напитком вечно юной богини, я протянула сосуд Локи.

— Выпей, это пойдёт тебе на пользу, — пояснила я в ответ на его недоверчивый взгляд. Мне казалось странным, что измученный ас не набросился на пищу сразу же. Должно быть, ему сильно нездоровилось. Тем не менее, бог обмана перевёл дыхание и приподнялся на локте, принял кубок свободной рукой и жадными глотками осушил его. — Идунн передала тебе свой дар, желала скорейшего выздоровления, — с мягкой улыбкой на губах поведала я. Мне хотелось, чтобы Локи помнил не только подлость и малодушие, но и доброту жителей Асгарда. Хотя бы некоторых из них. Однако мужчина нахмурился, с осуждением взглянул на меня из-под изогнутых бровей. — Съешь что-нибудь. Тебе нужно восстановить силы…

Своенравный супруг не послушал меня в тот вечер, только выпил ещё кубок сока целительных яблок Идунн и завалился на подушки, устало прикрыв глаза. Я не стала перечить ему, хотя сердце моё не покидала щемящая тоска и беспокойство. Когда Локи заснул, я обошла его ложе и прилегла с другой стороны, повернувшись на бок и положив щёку на горячее плечо любимого повелителя. Сомкнув веки, я прислушивалась к его ровному дыханию, точно боялась, что страшное утреннее происшествие может повториться. Убаюкивающий звук и тепло тела уже склоняли меня к полудрёме, когда неожиданный толчок из глубин живота заставил меня вздрогнуть и приподнять ресницы. Положив ладони на то место, я улыбнулась.

Ребёнок у меня под сердцем становился таким же своевольным, как и его отец, а ещё таким же деятельным. Я вернулась в тот вечер, когда впервые ощутила шевеление своего малыша, и улыбка на губах стала ещё шире. Думаю, до конца жизни это воспоминание останется одним из самых счастливых для меня. Помню, как встрепенулась, всполошив сидящего рядом мужа, и задохнулась от восторга, отчего не сразу смогла объяснить взволнованному асу, что произошло. Да и как передать это ощущение словами? Тогда я только улыбнулась — так же счастливо, как и сейчас, — и взяла ладони бога огня в свои, опустив их на живот, призвала прислушаться.