Книга ( Не) пара для вампирессы, страница 90 – Мэл Кайли

— Оттого, что мои клиенты не оставляют засосов на шее, — процедила партнёрша и пошла по кругу, обходя меня, словно хищник жертву.

Значит, она не сумела забыть…

Если и так, не всё ли равно? Ведь Камилла поцеловала меня на её глазах, и как, как можно усомниться в моей непричастности к произошедшему?

— О да, — протянул в ответ, разворачивая девушку спиной и накидывая на неё петлю из сплетённых рук, — их оставляешь им ты.

Николь высвободилась из моих объятий через двойной поворот.

Сделав чёткий шаг, словно вбивала туфельку в паркет, наяда нанесла символический удар одной рукой, затем, когда я поймал её, второй. Оказавшись в оковах стальных пальцев, прильнула всем телом и закинула на меня ногу, насколько позволяла струящаяся ткань длинного платья.

Сжал ладонью её бедро под прохладным атласом и прокрутил партнёршу на носочке. Прогнувшись в спине, вампиресса раскрыла алые губы и послала кому-то из зрителей взгляд, который, казалось, способен оплавить прорези маски.

Раздался чей-то озорной свист, а за ним первые робкие аплодисменты. Музыка набирала темп. Несмотря на её беспокойные переливы, наше танго вырисовывалось скорее в стремительный и резкий танец, нежели в лиричный и плавный.

С давних времён танго называли танцем страсти, но страстью, как по мне, дело не ограничивается. Это танец взаимопонимания и противоречия, нежности и ярости, покорности и бунтарства. Слияние противоположностей — то быстрый, то замирающий, то ласкающий, то отталкивающий.

Ещё в юности, когда я танцевал его на соревнованиях, думал, что танго — это нечто особенное, выбивающееся из условностей. Уже как будто не стандарт, но пока и не латина. Давно это было, словно в прошлой жизни.

Как выяснилось, ничто не уходит без следа.

Музыка и настроение партнёрши вели и направляли, заполняя пространство, и, думаю, это была лучшая импровизация в моей жизни. По крайней мере, зал волновался и гудел, а организаторы не остановили танец, очевидно выбивавшийся из эпохи. Оркестр, кстати, не остановили тоже: должно быть, хозяев торжества заинтересовались ажиотажем.

Выпрямившись в линию, Николь проскользнула между моих ног в полуметре от паркета, удерживаемая крепким кольцом рук на пояснице. И когда я перехватил её ладонь и отпустил девушку в свободный переворот, закончившийся у самого пола, какая-то впечатлительная дама вскрикнула.

В глазах вампирессы мелькнул испуг, но я удержал её — не мог не удержать — и возвратил в вертикальное положение. Вместо благодарности она прижалась ко мне спиной, прошлась волнообразным движением плеч по груди и закинула ногу назад, согнув в колене.

Каблучок замер в нескольких сантиметрах от места, где каблуку совершенно точно делать нечего, а партнёрша развернулась и опять припала ко мне. Мы замерли нос к носу, тяжело дыша от быстрого ритма, вслушиваясь в затихающее «Танго смерти».

Улыбнувшись зрителям, бессмертная вышла на поклон, развела руки с вытянутыми пальчиками, когда её ладонь подхватил другой партнёр, вырвавший Ник из моей власти…

Она не сразу поняла, что произошло и как оказалась в руках иного мужчины — незнакомца в маске ворона из чернильных перьев. Миновав обманчивое затишье, мелодия продолжилась, и Николь была вынуждена сделать шаг, покоряясь воле нового кавалера, вложить руку в его ладонь в кожаной перчатке.