Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 94 – Анна Кривенко

Моё сердце забилось чаще по одной простой причине: слова Егора задевали во мне струны, которых я не хотела, чтобы он касался.

Тревожный страх, беспокойство о будущем… Я действительно чувствовала себя зависшей в воздухе, без опоры под ногами. Положиться на Игоря Степановича я не могла совершенно и сейчас полностью зависела от его настроений.

Из того, что я узнала об этом мире, становилось понятно, что женщина редко могла обеспечить себя сама. Если я прекращу пользоваться средствами мужа и действительно подам на развод, то опущусь по социальной лестнице далеко-далеко вниз. И вовсе не факт, что моя жизнь останется хорошей.

Я в растерянности. На самом деле я не знаю, что мне делать. Чувствую себя в ловушке. А тут — такое щедрое предложение. Предложение от искреннего, хорошего человека. Со всех сторон Егор казался положительным. Он очень привлекателен, молод и, похоже, трепетно меня любит, хотя я искренне не понимаю, за что.

Он обещает мне золотые горы и, самое главное, обещает свободу и покой, столь драгоценные для меня.

Так, может, стоит согласиться? Может, стоит пойти этим путём — без сомнений и опасений? Видеть его своим мужем было бы странно. Но разве любовь не может прийти потом? Я очень уважаю его и ценю…

Выдохнула. В голове роились мысли. Сердце колотилось как безумное, потому что я была растеряна и не знала, как поступить, потому что на самом деле не любила этого мужчину.

Но разве каждый брак основан на ярких чувствах? Не достаточно ли иногда уважения, чтобы всё-таки что-то получилось?

Да, положа руку на сердце. Могу сказать, что предложение его выглядит соблазнительно. Но кем я буду, если соглашусь?

Я пообещала Егору подумать. Он уехал с трепетной надеждой во взгляде. Прощался долго, словно не мог со мной расстаться.

Когда вернулась в дом, обнаружила на кухне целую корзину всякого рода фруктов и овощей, а также свёрток, пахнущий свежим хлебом.

— Это от молодого человека, — недовольно протянула Алевтина Фёдоровна.

Похоже, она была крайне раздражена его визитом. Ещё бы, с точки зрения слуг, произошло нечто неприличное: к замужней женщине приезжал молодой человек, и они с ним уединялись в саду.

Я выдохнула. У нас не настолько близкие отношения с прислугой, чтобы я пыталась перед ними оправдываться. Может быть, даже Игорю Степановичу донесут. Ну и пусть. Мне-то что до этого? Хотя настроение, конечно же, испортилось.

Я не стала отвечать. Развернулась и уже собралась выйти, но Алевтина Фёдоровна неожиданно меня окликнула:

— Госпожа!

Я обернулась к ней с удивлением. Посмотрела в хмурое, морщинистое лицо и уточнила:

— Вы что-то хотели?

Женщина мялась на месте некоторое время. Потом выдохнула, будто решаясь на нечто неприятное, и произнесла:

— Госпожа, я должна кое-что сказать вам. Не гневайтесь, пожалуйста, если то, что скажу, вам не понравится. Но совесть мне не позволяет промолчать.

Я ужасно напряглась. Неужели будет меня отчитывать и морали читать? Но я позволила:

— Говорите.

Алевтина Фёдоровна некоторое время подбирала слова, а потом произнесла:

— Я... Мне этот молодой человек знаком по старой жизни.

— Правда? — удивилась я.

— Да, я как-то служила у его родителей. Уволилась всего лет десять назад, так что знаю это семейство очень хорошо.