Книга Брак ради мести. (не) Растоптанная жена, страница 42 – Анна Кривенко

— Эй, ты чего, парень? — бросил графский отпрыск по имени Анатолий. — Какая муха тебя укусила? Ты ж чуть меня не убил!

Тренировки возобновились сразу после того, как толпа девиц ушла. Молодые люди, в основном, выглядели цветущими — общение с противоположным полом принесло им удовольствие.

Но Игорь Степанович оказался мрачным, как туча.

— Поднимайся, — рявкнул он своему противнику. — Мы должны тренироваться, а не слюни на баб пускать!

Анатолий скривился, но поднялся на ноги, схватил меч и снова вступил в схватку. Но вновь оказался безоружен — менее чем через минуту. Игорь Степанович дрался, как ненормальный.

Решив, что не хочет больше испытывать судьбу, Анатолий поспешил раскланяться и ушёл. Подойдя к своим друзьям, он начал шептаться с ними.

— Что-то с этим Игорем не так… — бросил он. — С тех пор как он женился, стал озлобленным на весь свет. Может, жена у него мегера — всю душу ему проела?

— Да ходят слухи разные, — подхватил другой.

— Какие? — заинтересовался Анатолий.

— Говорят, он влюбился в неё без памяти ещё пару лет назад. Мечтал жениться, готовился к помолвке. Но в тот год отец невесты ему не благоволил — у семьи Игоря тогда дела шли не очень. Все ожидали, что они разорятся. А потом всё стало на свои места — они даже разбогатели. Но между влюблёнными будто чёрная кошка пробежала. То ли в измене он её уличил, то ли ещё в чём — неизвестно. Но его отношение изменилось. На сей раз отец Виктории сам пришёл к будущему зятю предлагать свою дочурку в жёны. Стыдоба, конечно, но Игорь согласился.

— Зачем согласился, если уже к девице остыл? — покачал головой Анатолий.

— Вот и непонятно… Поэтому он теперь на всех смотрит, как волк. Озверел окончательно.

— Жёны — это вселенское зло, — подытожил один из самых молодых участников разговора, и остальные рассмеялись. Кто-то похлопал его по плечу, кто-то напророчил ему жену-мегеру, и компания разошлась.

А вот Игорь Степанович всё не мог успокоиться. Он отошёл в сторону тренировочного поля и не мог избавиться от той жуткой картины, которая стояла перед глазами: перебинтованные руки супруги, а местами даже проступила кровь.

Фантазия дорисовывала изрезанную острыми осколками кожу, и всё внутри рвалось на части. Рвалось по двум причинам. С одной стороны, он ничего не мог с собой поделать и явно о ней беспокоился. Наверное, из глубин памяти выбиралась та старая, никому не нужная привязанность, которую он испытывал к ней раньше.

Но с другой стороны, он был зол, что она была такой глупой и невнимательной, что не смогла себя защитить. Как будто не знает, в каком обществе находится!

Вспомнив рыжеволосую Арину, свою давнюю подругу детства, Игорь Степанович до хруста сжал зубы. Характер у неё был ужасный, и о том, что она влюблена в него, он давным-давно знал. Она открыто предлагала ему себя в жёны уже не один год.

Но от такой жены Игорь Степанович бежал бы как от проказы. Он не любил Арину, как женщину. Но всё ещё помнил годы, проведённые с ней в играх. Юные годы. Годы счастья. Годы надежд.

Она чем-то напоминала ему Марианну — его несчастную сестру, поэтому в какой-то степени Игорь был к Арине привязан.

Он должен был бы разобраться с ней прилюдно, но не захотел. Наверное, не смог — из-за этих воспоминаний.

Они обе раздражали его. Виктория — своим жизненным выбором. Арина — своей настырностью и бессовестной наглостью. Он разрывался между ними на части, ненавидя сам факт их существования.