Книга Семь ошибок в слове «счастье», страница 29 – Полина Рей

Это разозлило в доли секунды. Когда они с Тамарой жили вместе, она вообще не выказывала желания отдыхать за городом. А тут, словно зная, что он планирует поехать сюда с Аней, припёрлась, да ещё и ребёнка с собой притащила!

И, конечно, Банщиков краем сознания понимал, что его обвинения беспочвенны. Тома не могла ни о чём ни от кого узнать, и всё это просто совпадение. Но его уже несло, что называется, по ухабам…

— Ты и здесь меня допечь собралась? А? — выкрикнул он в сторону жены. — Заполонила всё, что принадлежит мне и рада! Давай-ка быстро иди и сообщи всем, что вам пора убираться!

Рассчитывал ли Клим на то, что Тамара его послушает, а через десять минут все соберут свои пожитки и освободят дом? Трижды нет. Но ему хотелось хоть как-то слить тот негатив, который он испытывал из-за порушенных планов.

— Не ори, не дома, — беззлобно и как-то бесконечно устало отозвалась Тома.

Они с Сашей приблизились, а когда во дворе появилась Василиса, видимо, прибывшая на помощь и крики, жена попросила сестру:

— Вась, увези ребёнка, пожалуйста.

Последняя одарила брата таким взглядом, что если бы глазами можно было сжигать дотла, от Клима бы не осталось даже кучки золы. Но ни слова говорить не стала, просто увезла коляску к дому.

— Я не заполоняла всего, что принадлежит тебе, Климентий, — откликнулась Тамара, склонив голову набок.

— Именно так, — тут же поддакнул его отец, который тоже поспешил на помощь Томе. — Потому что теперь этот дом принадлежит не нашей семье. Он — Тамарин. Мы с Дарьей ей его подарили.

Глаза Клима округлились, а в затылке похолодело. Он стоял, открывая и закрывая рот, и со стороны, должно быть, выглядел дико глупо.

— Что? — пролепетал, пытаясь осознать сказанное.

Отец ведь так шутит, да? Он не мог отдать почти постороннему человеку то, что является их семейной собственностью!

— То, что вы слышали, Климентий Семёнович, — ответил папа, подходя и вставая так, чтобы Тамара оказалась за его спиной.

Будто бы опасался за то, что Клим может на неё напасть.

— Мы с твоей матерью подарили этот дом своей невестке. Сделка оформлена через нотариуса и уже даже зарегистрирована в органах. Так что сюда больше не суйся, как бы тебе того ни хотелось.

Нет-нет… Это попросту не могло быть правдой! Отец не мог свихнуться, а Тамара, поняв, что старик совсем ку-ку, не должна была пользоваться его состоянием!

— Ты совсем идиот?! — заревел Банщиков, брызжа слюнями. — Старый маразматик, что ты натворил?!

Он ринулся к отцу, Тома тонко вскрикнула, когда Клим схватил Семёна Богдановича за одежду и встряхнул.

— Немедля отзывай дарственную, сволочь! — завопил Банщиков, пока папа стоял и ухмылялся прямо в его лицо.

— Забирай свою шлюху и вон из чужого дома, Климентий! — совершенно спокойно ответил отец.

Он со всей дури саданул по рукам сына, но Клим даже не почувствовал боли. Машинально отпустил одежду старого придурка, сделал шаг назад…

— Пошел вон и не трогай моего мужа! — закричала мать, что прибежала на выручку этим двоим предателям.

Она размахнулась, и Клим только тогда запоздало сообразил, что Дарья Дмитриевна успела вооружиться ведром, в котором плескалась холодная и грязная вода.

Выплеснув её, она окатила сына этими помоями и, отбросив ведро, подбоченилась.

— Пошел вон отсюда! И если хочешь остаться хотя бы моим сыном — на глаза мне пока не попадайся!