Книга После развода. Счет за предательство, страница 22 – Ольга Риви, Лиа Таур

— Только премиальных и исключительно по ГОСТу, — огрызнулась я.

Сидоров шутку не оценил. Лишь нахмурил брови-гусеницы.

— Плюс незаконная предпринимательская деятельность.

Какой же Тимур предсказуемый ублюдок. Просто ходячее клише. Понял, что рецепты я увела из-под носа. Решил ударить по самому больному месту. По моему кошельку. Он натравил на меня цепных псов системы.

— Это клевета, — процедила я. — Покажите предписание прокуратуры на проверку.

— Самая умная? — Сидоров достал бумажку. Помахал перед моим носом, как флагом. — Вот приказ. Прокуратура потом разберётся. Петрова, пиши акт! Нарушение товарного соседства. Антисанитария! Отсутствие маркировок!

Его свита разбрелась по цеху. Женщина с кислым лицом открыла холодильник. Брезгливо полезла в мои идеальные заготовки. Другой инспектор с наслаждением пнул мешок с дорогой миндальной мукой.

Давление стало невыносимым. Моя гордость и моя финансовая опора, всё это рушилось на глазах. Заказ для айтишников горел, а штрафы пустят меня по миру. Я знала все правила СанПиН наизусть. Но против наглых чиновников компетенция бессильна. Система не слушает доводы разума. Она тупо давит массой.

— Опечатывайте оборудование, — скомандовал Сидоров. Он довольно потёр руки. — А вас, Громова, ждёт изъятие техники. В счёт погашения долгов.

Перед глазами поплыли тёмные круги. У меня отберут всё.

Пальцы сами нащупали телефон. Я быстро набрала:«СОС. Налоговая и СЭС на кухне». Нажала кнопку отправки Садальскому. Мой единственный шанс.

— Вы не имеете права трогать печи! — я встала перед духовкой. Загородила её собой. В духовке как раз доходили профитроли.

— Отойди, женщина. А то полицию вызову за сопротивление, — буркнул инспектор. Он надвигался на меня своим необъятным животом.

Дверь кухни снова распахнулась, едва не слетев с петель.

На пороге стоял Глеб.

Вид у него был, мягко говоря не очень. Синий пиджак расстёгнут, галстук сбит набок. В серых глазах плескалось холодное бешенство. Он выглядел как оживший кошмар бюрократа.

— Вызывайте, — чётко произнёс адвокат. Чеканя шаг по кафелю. — Заодно вызовем Следственный комитет, службу собственной безопасности, телевидение. Будет отличный сюжет о превышении должностных полномочий.

Сидоров обернулся. Его наглая ухмылка померкла.

— А вы кто такой? Выйдите, идёт проверка!

— Я — Глеб Садальский. Официальный представитель Василисы Громовой.

Глеб встал рядом со мной, закрыл меня собой.

— А вот вы, Сидоров, сейчас совершаете преступление. Статья двести восемьдесят шесть. Превышение должностных полномочий.

Садальский щёлкнул замком портфеля. Вытащил бумаги и диктофон.

— Какое ещё превышение? — Сидоров нервно сглотнул. Его свита перестала портить продукты. Испуганно уставилась на адвоката.

— Прямое, — Глеб нажал кнопку записи. Положил диктофон на стол. — Вы вломились на пищевое производство. Без медицинских книжек и в грязной уличной обуви. Без бахил. Вы сами создали угрозу заражения. Это раз.

Глеб рубил слова. Как мясник рубит кости. Включил режим юридической мясорубки.

— Два! — он выхватил из рук Сидорова приказ. Пробежался глазами. Презрительно хмыкнул. — Филькина грамота. Подпись замначальника. Нет согласования с прокуратурой для малого бизнеса. Это незаконная проверка, инициированная третьими лицами за взятку.