Онлайн книга «Эспрессо для миллиардера»
|
Видишь ли, у него твоя кофейня, только масштабированная. — Что это значит? — хмурюсь. В моем понимании «масштабированная» — значит больше. Там помещение действительно чуть длиннее и шире моего. Но уж не настолько… — Давай кофейку своего. Только не проливай, — насмехается надо мной Алекс. — Значит это то, что у него будут и перекусы, ланчи, и десерты, и спиртное. А у тебя милые десертики и кофеёк. — С какао, — добавляю тихо, понимая, что любимый Сонин «кофе» не спасет. Алекс игнорирует мою реплику. — Да, все дорого. Гораздо дороже, чем у тебя. Но, как бы тебе сказать… Это как сравнивать разваливающийся домик в деревне с элитным особняком на берегу моря. — Я не разваливающийся домик. И не в деревне. В том же торговом центре, где и условный особняк. — Да, и это тоже минус. Но начнем с домика. Есть люди такие же как ты. У них тоже мало денег, и они не могут позволить себе… блин, особо ничего не могут позволить. Вот чашечку кофе с пирожком из котят, которые как раз подаешь ты. — Из каких котят? Ты о чем? Мы договорились с прекрасной пекарней. Не надо говорить о том, чего не знаешь, не пробовал, — мне становится реально обидно уже не только за себя. Алекс вздыхает. — Ты, кстати, кофе обещала. Свари, пожалуйста. Ладно, хорошие такие пирожки и пирожные. Но не сравнимые с тем, что будут подавать напротив. Ты же ела позавчера десерт? Это другой уровень. Я включаю кофемашину. Спиной чувствую его взгляд. — А ты понимаешь, что обычным людям… как я… тоже надо где-то есть? Куда-то хочется прийти, посидеть? — оборачиваюсь и осторожно ставлю чашку перед ним, стараясь сконцентрироваться на ней, а не на нем. Выдыхаю — сегодня обошлось без происшествий. — Или нам остается сидеть дома? — продолжаю наезжать на Алекса. — Или ты для нас придумаешь закрытый анклав, чтобы не портить вид? — Не поверишь, но ты отчасти права. Только отчасти. Однако доля истины в твоих словах есть. Он отпивает кофе и аккуратно ставит чашечку на блюдце — так что она даже не звякает. — Видишь ли, — он смотрит на меня с усмешкой, — это место другу я обещал давно. Я предпочитаю не выгонять тех, кто и так, по-моему, вскоре съедет. Иногда договор заканчивается, и мы не продляем аренду. Иногда закрываются сами, потому что не тянут. Чайная не тянула. Я часто проходил мимо и видел, что скоро она закроется. — Мало посетителей? — встреваю я с предположением. — Крайне мало. Почти совсем не было. Иногда зайдет кто-то к празднику купить красивую упаковку чая, а так — тишина. Так же как ты, хозяин не понимал, что обречен. Но в итоге ему просто нечем стало оплачивать расходы. — Тут ты и подсуетился. — Почему нет? Договоренность была. Я свистнул другу. Он тут же приехал и подписал договор аренды. На твое заведение обратил внимание, но я сказал, что беспокоиться не о чем. — Что я умру своей смертью от естественных причин? — шучу, хотя мне не до смеха. — Примерно, — он смеется, будто здесь цирк, а я в нем клоун. — Понимаешь, я буду потихоньку поворачивать торговый центр в сторону элитного, дорогого места. Мне он достался в наследство. Я долгое время занимался другими проектами. Но сейчас концентрирую силы именно на этом, потому что появилась причина. — Какая? — я себе кажусь роботом, который выдает вопросы и ответы. Но внутри у меня кипят эмоции. Близость Алекса все больше распаляет. В голову лезут всякие разные мысли о том, как мы с ним когда-то… — Рядом строят элитный комплекс зданий. Снесли какой-то завод, там теперь будет три дома для очень богатых людей. С бассейнами, тренажерными залами и прочими радостями жизни. Индивидуальная планировка. Естественно, огороженная территория. Поэтому я заранее превращаю этот торговый центр тоже в дорогой. Место, где не будет странной смеси. Вот как у тебя и кафе моего друга. Тоже с магазинами — будут только бутики. Чтобы люди могли спокойно сюда приходить и проводить время, зная, что чужих тут нет. Кинотеатры на несколько мест с ресторанным обслуживанием — столиками, напитками, закусками. С возможностью нормально посидеть в своей компании, а не с кучей посторонних, воняющих попкорном. — Получается, ты хочешь убрать отсюда все бюджетные точки? Но ведь не у всех заканчиваются договора аренды, и не все разоряются, — я сижу в некотором шоке. — Там пока строительство на уровне фундамента. Успеется. Как раз когда начнут заселяться первые жители, у нас будет более-менее нормальный уровень. И те, кто будут приезжать смотреть квартиры, сразу будут замечать наш центр. А ты тем более у входа. У самого входа! Тебя нельзя тут оставлять. Впрочем, когда это станет совсем критично, как я уже говорил, ты и сама съедешь. Некоторое время мы пьем каждый свой кофе в тишине. Я перевариваю информацию. Меня от нее тошнит, но приходится осознавать, что мне грозит в ближайшем будущем. В этот момент приходит Инга. Раньше она так часто не заходила, но видимо надеется застать Алекса. И она права — он здесь. Но не совсем по той причине, по которой хотелось бы. — Ты к нам зачастил, — наигранно весело говорит Инга. Она опять шикарно одета, хотя не уверена, что по меркам Алекса это называется шикарно. — И что-то совсем пропал, не звонишь, не пишешь. Она пытается показать, что ей все равно. Но я ее слишком хорошо знаю, чтобы поверить в напускное равнодушие. — Дела. Вот рассказывал Ане о некоторых из них. Превращаем торговый центр в место для элиты. Напротив вас, тоже к восьмому марта, откроют дорогое кафе. — Как интересно, — я вижу, что ей совсем неинтересно. — Они же нам не конкуренты. — Видишь ли, скоро здесь вообще таких как мы не останется. Такие уж у Алекса планы, — встреваю я. — Он все пытается мне объяснить, как я неправа, держась за свою кофейню. Мне так грустно, что хочется зареветь. Я вспоминаю, как ходила за ним хвостиком, как потом он начал меня приглашать на свидания, как я летала в облаках… И тогда, и сейчас он одним махом рушит мои воздушные замки. Они рассыпаются на мелкие кусочки, не оставляя никакой надежды. — Не расстраивайся ты так, — неожиданно Алекс протягивает руку и гладит меня по голове, как маленького ребенка. — Иногда мне кажется, ты совсем не изменилась. Витаешь, как когда-то, в облаках. Пора приземляться, малыш. Жизнь — жестокая штука. Надо привыкать. Видимо, чтобы привыкание шло быстрее, он опять приглашает Ингу в ресторан. На его лице написано безразличие. |