Книга Невинная для отца подруги, страница 9 – Злата Зорич

Я не хотела всё это сразу на него вываливать, но слова сами рвались. В моём голосе чувствовалась дрожь, но это уже была не только робость. Это было… неприкрытое восхищение. Отец моей подруги — моя тайная, всепоглощающая, запретная страсть.

— Я работала официанткой по ночам, — тихо добавила я. — Снимала комнату с тремя соседями… Копила, чтобы попасть сюда. У меня не было иного выхода. Вы совсем меня не замечали…

Роман молча подошёл ближе. Рука скользнула по моей щеке, приподняла подбородок. Его глаза были совсем близко. Я чувствовала его запах — терпкий, немного пряный, возбуждающий. От него шёл жар. Он все еще не остыл после нашего секса.

— Ты так говоришь обо мне, — произнес он удивленно. — Как о каком-то божестве. Но я обычный человек. Не стоило так...

— Нет, не обычный, — я еще сильнее покраснела. — Я влюблена в вас уже два года… Извините, что не сказала сразу. Если скажете, я сейчас же уйду...

— Это странно, — задумчиво произнес Роман, пропуская сквозь пальцы мои волосы. — Что я раньше тебя не замечал… Потому что как только ты переступила порог моей студии, я сразу же понял, что мне повезло прикоснуться к чему-то прекрасному…

Мужчина отпустил мои волосы и подошел к столу, на котором в страшном беспорядке валялась целая куча снимков.

— Завтра мне нужно предоставить материал для рекламы — это самая дорогая моя работа, от элитного бренда духов, — начал говорить он, небрежно перебирая фотографии. — Они сказали, что полностью доверяют мою вкусу и предоставили полную свободу. Черт, я отснял столько популярных моделей первого ранга и… Каждую отверг. Мне нужен был кто-то по-настоящему особенный, а все эти перворанговые модели были либо слишком сладкие до слащавости, либо равнодушные профессионалки с пустыми глазами и отточенными позами. В них не было нужной мне чистоты, наивности, мягкости в сочетании с внутренним огнём, а сыграть это они не могли. Завтра нужно сдавать материал, хотя бы первые наработки на утверждение, поэтому я засиделся в студии допоздна. Я был в полном отчаянии и бесконечно перебирал снимки… И тут вошла ты.

Роман посмотрел на меня так, как не смотрел никто и никогда — с благоговением.

— Мой ангел. Мое спасение.

В два шага он преодолел расстояние между нами, чтобы поцеловать. Его дыхание замедлилось. Прикосновения стали более мягкими, бережными. От этого не менее страстными — но уже с оттенком чего-то большего.

Он целовал осторожно. Как будто проверял — можно ли. Но я ответила — с готовностью, с жаждой, с этим тянущим, нестерпимым желанием, которое копилось во мне так долго. Его язык легко пробрался внутрь, дразня и лаская. Я застонала, содрогаясь всем телом.

— С первого взгляда я увидел, что невинности в тебе хоть отбавляй, но и представить себе не мог, что ты не играешь… — прошептал мужчина, на секунду отстраняясь от меня. — Мне нужно было добавить немного порочности в твой образ, чтобы получился идеальный снимок. Поэтому пришлось помочь… Убрать страх из твоего взгляда, придать уверенности, доставить немного удовольствия…

Он сдернул с меня шелковую ткань, и я снова осталась полностью обнажённой. В его глазах больше не было холода — только восхищение и… голод. Настоящий, плотский, тяжёлый, как удар сердца в горле. Он опустился на колени, развёл мои ноги. Его взгляд скользнул вниз, задержался, и я вспыхнула — от жара, что расползался по мне волнами.