Книга Возмездие по плану совпадений, страница 38 – Галина Владимировна Романова

— Ага… — воскликнула Вера через несколько минут. — Так я и думала.

— Что ты думала? — спросил Самойлов с набитым ртом.

— Что останки привезли откуда-то. Не было их там до того момента, как их обнаружил Ерин.

— Совершенно справедливо. Привезли. Из черного мусорного мешка или пленки вытряхнули. И оставили несчастную на растерзание. Но хочу заметить, Верочка… — Гриша чуть подобрел, успев слопать полпачки печенья. — Пролежала она там недолго. Не больше месяца. Иначе и от платья ничего бы не осталось, все разорвали бы в клочья. А тут даже кружево цело и бисер. И туфельки целы, и капрон.

В этих туфельках и белых рваных колготках Ольга Бабичева отмечала свой девичник. В них ее и нашли. И гипотеза, что ее убили не в ту ночь, пошатнулась. Если только Олю не заставили вновь надеть тот же самый наряд спустя несколько дней, или недель, или месяцев.

— Есть одна деталька, Верунь. — Гриша шуршал обертками шоколадных батончиков. — Платье было застегнуто на молнию. В области шеи сзади — изящные крючки. Два… И ажурные завязки. С какой целью их пришила портниха — у нее надо бы спросить. Но!

Вера требовательно глянула на Самойлова. Тот не торопился с пояснениями, хрустел арахисом в молочном шоколаде.

— Гриша! — поторопила она его. — Что — но?

— Завязки эти были завязаны намертво. Я их при помощи специального инструмента час развязывал, чтобы не порвать тонкую ткань. Это я к чему веду…

Гриша посмотрел на нее глазами счастливого человека. Он все съел, что Вера принесла.

— Самой ей так завязываться не было никакого резона. Кто-то ей помог. И этот кто-то либо убийца, либо та девчонка, с которой она каталась в ночь своего исчезновения.

— Логично. А ты молодец, Самойлов, — похвалила Вера. — И если завязки на платье стянул убийца, то нам его никогда не найти, Гриша. Потому что Оля шарахалась неизвестно с кем, неизвестно где и неизвестно сколько времени. А если ленточки завязала Ева Ерина, то получается, что Бабичева погибла почти сразу. То есть буквально в ту самую ночь. Если ее не держали где-то взаперти, чтобы помучить.

— Логично, Верунь. А ты молодец, — вернул ей похвалу Самойлов. — Так что звони этой девчонке и спрашивай.

Ева с недоумением и отвращением смотрела на майора Кузьмину, явившуюся ранним утром на следующий день после гибели отца.

— Что вам нужно?! — скрипнув зубами, спросила Ева, не пуская майора за ворота. — Оставьте меня в покое! Я ответила на все ваши вопросы, что еще?

Ева почти не спала минувшей ночью. Она много плакала и много пила весь предыдущий день. Смутно помнила, как вернулся с работы Влад. Очень поздно вернулся. Она набросилась на него с кулаками. Наговорила много мерзостей. Обвиняла черт знает в чем. И под конец истерики взяла и выгнала его.

— Я с тобой развожусь, тварь! — орала она так громко, что ее, наверное, слышали на другом конце коттеджного поселка. — Ты во всем виноват! Ты…

Тот лишь оторопело моргал и, ничуть не возражая, собирал вещи.

— Зря ты его выгнала, Ева, — качнула головой Соня, помогая ей дойти от бассейна до дома отца, где накрыла стол к ужину.

— Ничего не зря, — возражала она, подчиняясь сильным рукам домработницы. — Я позвонила ему, а он отдает кому-то распоряжение и улыбается. И шутит, тварь! Ты сказала мне, что водитель отца сообщил об аварии Владу. Так?