Книга Возмездие по плану совпадений, страница 30 – Галина Владимировна Романова

А что, если на останки не просто так наткнулись? Вдруг труп был подброшен? В той лесополосе довольно людно летом и ранней осенью. И зимой лыжники утюжат снег между дубами и березами. Рядом коттеджный поселок. Там есть школа. Наверняка походы какие-нибудь случались. И собачники, вот! Уж они точно не обошли бы страшную находку.

Как можно было три года не наткнуться на тело? Подумав, Вера самой себе ответила: «А никак!» Если не сами останки, то запах тлена привлек бы чье-то внимание. А никаких сигналов не поступало.

Она резко села на кровати. Потянулась к телефону, чтобы позвонить их эксперту Грише Самойлову. Глянула на время и одумалась. В Москве почти полночь. Гриша давно спит. Он за режимом следит, когда на диете.

Завтра… Все завтра…

Ей просто необходимо выяснить, не было ли на останках следов от упаковочного материала. Ясно же, что тело перевезли! Сто процентов перевезли…

Дремота начала подкрадываться очень вяло. Часов до двух ей точно ворочаться. Вера с силой зажмурила глаза и принялась медленно считать. Но уже на второй сотне поняла, чего так боится.

Девушки погибали каждые три года. Три девушки были найдены со следами жестоких избиений и ножевых ранений. Потом случился перерыв в шесть лет. Может, убийца выдохся, или его нет в живых, или он сидит за какое-то другое преступление. Так они думали, решив, что убивать с такой жестокостью больше некому.

Недавняя находка все перечеркнула. Не было никаких перерывов. Три года назад он снова убил. И что теперь? Ждать очередную жертву?

Ева проснулась, но продолжала лежать с закрытыми глазами. Влад спал рядом. Или делал вид, что спит. Притворялся, чтобы не говорить с ней, не прикасаться к ней. Вечером он откатился на другую половину широкой кровати, укрылся по самые уши одеялом и затих. Пробовать его расшевелить нечего было и пытаться. Он ясно ей дал понять…

— Я не хочу тебя видеть, Ева.

Это были первые слова, которые он сказал ей неделю назад, когда Ева вернулась после ночлега в полиции. Бросившись ему навстречу, она резко встала. Она как будто споткнулась о холодность, с которой он ее встретил.

— Эй, ты чего? — она попыталась улыбнуться, но губы дрожали. — Меня отпустили. Они во всем разобрались. Я не виновата ни в чем. У меня есть алиби.

— Алиби на что?

Он даже не пытался сократить расстояние между ними. Ева стояла у двери спальни. Влад в самом дальнем углу. Она не гордая, прыгнула бы сама ему на шею, если бы не этот его взгляд.

— Я не причиняла вреда твоей невесте, — проговорила она невнятно.

— Ты… Ты знала ее! Ты все это время врала мне! Я сильно переживал после того, как Оля не явилась в ЗАГС, — начал он перечислять сухо, лающе. — Я не знал, что думать. А ты… Подлая, коварная!

— Зачем ты так?

Ева ненавидела всякие разборки подобного рода. Что за хрень вообще! Подлая, коварная, бла-бла-бла. Давайте разбираться, а потом вместе поплачем. К черту!

Она тут же почувствовала, что страшно устала. И еще она воняла после гадкого матраса, на котором провела ночь. Ей хотелось почистить зубы, принять ванну, провалявшись в плотной пене час. И желательно, чтобы на краю ванны стояло ведерко со льдом. А в нем бутылка шампанского. В идеале, конечно, в ванне с ней должен быть и Влад. Но он как-то странно себя вел. И она, честно, не понимала причины.