Книга Секреты старого сада, страница 45 – Дарья Калинина

Но кусочки мясного фарша, которые скормил ей Петр Филиппович, несколько примирили собачку с действительностью. И все же на подруг она поглядывала теперь без прежней симпатии. Крошечка была обижена на них. Но хуже всего было то, что гостьи не обращали на эту ее обиду ровно никакого внимания. Это уже вовсе не лезло ни в какие ворота!

Обычно, если Крошечка обижалась, а с возрастом это происходило с собачкой, увы, все чаще и чаще, то подруги немедленно принимались сюсюкать и носиться с ней. Уговаривали ее отведать какое-нибудь особенное лакомство, гладили по голове и пытались всячески ее задобрить. Крошечке нравилось иной раз специально слегка покапризничать, чтобы вся Вселенная начинала крутиться вокруг нее.

Но сегодня произошел сбой, какой-то космический мусор попал в зубья механизма, отвечающего за капризы Крошечки, отчего гостьям было совершенно не до нее. Хозяева же Крошечки тоже ничего не замечали, они славились гостеприимством и сейчас угощали подруг так, словно те только что вернулись с необитаемого острова. Старички хотели пуститься в воспоминания о совместных приключениях, которые им довелось пережить в прошлом году вместе с сыщицами, но у подруг были свои планы на этот визит.

— Вы же общаетесь с Ильей Абрамовичем?

Петр Филиппович всплеснул сухими ручками:

— Ну конечно! Мы с ним дружим уже страшно много лет. Еще бы! Ведь я со своей командой служил на корабле, который Илья Абрамович строил! И построил он его отлично! Еще бы нам не дружить с ним!

— А их подругу Юлию Давыдовну тоже знаете?

— Вот ее я знаю гораздо хуже. Только со слов Ильи и Розы. И также с их слов я знаю, что их друзья уехали в Израиль в самом конце восьмидесятых.

— Там и остались?

— Ну да. Ничего удивительного, в те годы была большая волна уезжающих из страны. Советский Союз ослабил железный занавес, и многие рвались выбраться за границу. Кого-то манили полные прилавки западных магазинов, а кто-то уезжал по идеологическим причинам. Юлия Давыдовна с мужем мечтали поселиться на земле своих предков в Израиле, вот они и уехали в числе первых, кому удалось покинуть СССР. А Илья Абрамович с Розой — они остались.

— Почему остались-то?

— Он работал в КБ, имел какую-то там секретность, нечего было и мечтать, чтобы его выпустили из страны. Да он и не рвался, насколько я понимаю. Во всяком случае, никаких стонов от него по поводу того, что ему тогда не удалось увидеть землю предков, я от него не слышал ни разу. Если такие чувства его и обуревали, то он их никак не проявлял. А Израиль они с Розой все-таки посетили, но исключительно как туристы. Лет десять или даже двенадцать назад, будучи на отдыхе в Египте, купили тур и вместе с другими туристами все-таки повидали Иерусалим. Потом много рассказывали об этой поездке, радовались, что на наше православное Рождество смогли оказаться в тех местах, где, собственно, все и произошло. Очень воодушевленными вернулись из своей поездки.

— И что, они даже не навестили в Израиле своих давних друзей, Юлию Давыдовну с мужем и сыном?

— Не знаю. Про это они ничего не упоминали. Впрочем, Юлия сама часто навещала их. Да и сам Эдик приезжал время от времени в Россию. Правда, появлялся он тут всегда отдельно от матери. Но на то, я думаю, у него имеются свои причины. Опека Юлии над ее сыном иногда бывает несколько чрезмерной, я бы так это охарактеризовал. Эдик уже взрослый мальчик, иногда ему хочется глоток свободы. А теперь, как я слышал, они с сыном и вовсе надумали вернуться в Россию, чтобы вновь осесть здесь. Но почему вы про нее спрашиваете?