Книга Секреты старого сада, страница 38 – Дарья Калинина

— Себя бы пожалела, дурочка! Самой бы тебе кто помог!

Андрей Георгиевич впоследствии свою ошибку признал полностью, но отношение подруг к нему все равно было уже не то, что вначале. Светлана навсегда заподозрила их соседа в низменном эгоизме, и никакие тушки забитых птичек не могли поколебать ее в этом мнении.

Вот и сейчас, выходя из машины, она заявила:

— Не верю я, чтобы такой жук позволил бы себя похитить. Тут что-то не то.

На ферме работа стояла. Нигде не было видно ни души. Зато машина Андрея Георгиевича была тут, и она сверкала чистыми фарами.

— Если машина тут, может, и сам хозяин тоже?

— Был бы тут, работа бы кипела.

Гуси с утками, подтверждая слова Светланы, истошно голосили, словно соревнуясь, кто из них сможет громче перекричать другого. Кричали также и цесарки, но этим вообще только дай повод, чтобы покричать. А если повода нет, то и просто так они тоже неплохо справляются. Но сегодня причин для возмущения у птиц было предостаточно. Ими никто не занимался с самого утра, а то и дольше, кормушки у всех были пусты. Воды тоже не наблюдалось.

— Бедные птички! Они же голодные! Они кушать хотят.

Напрасно Катюша произнесла заветное «кушать» — это первое слово, которое учат все нормальные животные и птицы. Разве уж совсем последний дурачок в мире домашних обитателей не сумеет выучить его. Что же, тем хуже для него. Здешние куры глупыми не были. И остальные птицы тоже. При слове «кушать» нервы у них совсем разгулялись. Фазаны принялись метаться в своих вольерах, а павлины заголосили так истошно, что подруги были вынуждены заткнуть уши.

— Их надо накормить! Всех! И срочно!

— Корма находятся вон там! — указала Катюша. — За ними!

После шума на улице в складском помещении было необычно тихо. Толстые стены задерживали звуки, так что подруги невольно выдохнули и задержались. На улицу к гомонящей птичьей стае их не тянуло. Их пугал объем работы. Тем более что они очень приблизительно догадывались, что именно и кому нужно давать. Катюша точно знала, что полагается несушкам, а что бройлерным цыплятам. Примерно представляла, что употребляют утки и гуси. Но терялась при мысли, что насыпать павлинам, и совсем не знала, чем кормить фазанов, потому что в то время, когда ей довелось батрачить на ферме Андрея Георгиевича, этих птиц тут еще не было.

— Хорошо бы справочку какую-нибудь. А то накормим, да не тем, как бы хуже не сделать.

— Птица есть птица, любая клюет зерно. Лучше дать один раз не совсем то, что нужно, чем позволить им страдать от голода и дальше.

И тут они услышали женские голоса, которые доносились из противоположной части хранилища. Светлана сделала предостерегающий жест, призывая подруг к молчанию, и все трое двинулись в том направлении. Голоса доносились из своеобразной комнаты отдыха. Так было задумано, что тут можно было немножко отдохнуть на мягком диванчике, попить чайку или посплетничать.

Все работницы фермы находились именно тут. Их было четверо. И подруги были уверены, что именно они и были участницами банной оргии на даче у Андрея Георгиевича. Во всяком случае, блондинка, которую они видели за рулем машины Андрея Георгиевича, точно была тут. Именно она и держала сейчас слово.

— Девки, положение хуже не придумаешь. Мы с вами все вляпались по самое не хочу. Если даже его еще не ищут, то очень скоро начнут искать.