Книга Им придется умереть, страница 45 – Питер Джеймс

— Насколько глубоко? Ниже зоны действия локатора? – с холодной как лед улыбкой произнес Грейс.

Пью поморщился, явно уязвленный упоминанием о той поре в Суссексе, когда он был в одном звании с Роем Грейсом. Жена Роя, Сэнди, пропала, и ее родители, долго подозревавшие зятя в убийстве их дочери, настояли, чтобы Пью взял на себя смелость просканировать задний двор дома, где жили Рой и Сэнди.

Грейс так и не простил ни злобных родителей Сэнди, ни Пью за это оскорбление, хотя к Пью он относился чуть более снисходительно: тот действовал в соответствии с информацией, предоставленной родителями Сэнди, пусть и необоснованной.

— Вы же знаете, Рой, что у меня не было выбора, – сказал Пью. – На моем месте вы бы поступили точно так же.

Грейс подавил желание ответить, что у него хватило бы деликатности сначала предупредить Пью, а не проворачивать дело у него за спиной. Но если помощник главного констебля действительно протягивал ему оливковую ветвь, он не хотел бросать ее ему в лицо. Пока что не хотел.

— Конечно, – ровным тоном произнес Рой.

— Итак. – Кассиан Пью оживленно выпрямился. – Я поддержу вашу кандидатуру на звание главного суперинтенданта. И со следующего понедельника мы начнем все сначала. Может, мы и не станем закадычными друзьями, но хотя бы будем вести себя как коллеги, которые друг друга уважают.

— Звучит заманчиво, – осторожно согласился Грейс.

— В таком случае, – просиял Пью, – повлияйте у нас тут, в Суссексе, на статистику преступлений. Если уж представилась возможность что-то изменить, следует немедленно ею воспользоваться.

Грейс посмотрел на него, удивляясь, как всегда, откуда, черт возьми, Кассиан Пью берет всю эту корпоративную белиберду.

— Непременно, – ответил он.

Пью похлопал его по плечу и снова оживленно спросил:

— Вопрос закрыт?

— Закрыт.

— Вот и здорово! Рад, что вы вернулись.

9 мая, четверг

Когда люди впервые сталкивались с Ричардом Джаппом вне его рабочего окружения, большинство предполагало, что высокий, коренастый, похожий на плюшевого мишку мужчина лет семидесяти с редеющими седыми волосами и растрепанной бородой – учитель или, возможно, эколог, а может быть, даже какой-то местный политик. Никто и не предполагал, что это самый опытный судья в стране.

Под его располагающей внешностью скрывался человек, который мог, когда нужно, быть черствым, как сухарь, или добрым и человечным, как любимый дядюшка. Он был одним из трех судей в Суссексе, которым «выдали разрешение» – как это называлось на юридическом жаргоне – на рассмотрение дел об убийствах.

Он любил приходить с утра пораньше перед первым заседанием по важному судебному процессу, чтобы ознакомиться с документами и хорошенько подготовиться. В 7:45 он сидел в кабинете, примыкающем к залу № 3 Королевского суда Льюиса. Ему нравилось это викторианское здание: в нем размещались четыре зала, и все выглядели величественно, как и подобает суду, в отличие от современных помещений. И кабинет его по сравнению с сегодняшними судейскими комнатами выглядел просто замечательно: просторный, старомодный, больше напоминающий номер в роскошном, но видавшем виды отеле, чем офис.

На стенах цвета охры висели заурядные гравюры с пейзажами Льюиса в рамках; пол покрывал бледно-лиловый ковер с узором, высокие окна украшал затейливый ламбрекен, с которого ниспадали тяжелые, внушительного вида шторы. Мебель казалась скорее старой, чем антикварной. На просторном угловом письменном столе в беспорядке стояли книги по праву, ксерокс, ноутбук для проведения видеоконференций и коробка; рядом находился небольшой стол для совещаний. Был здесь и платяной шкаф, кресло пастельных тонов, несколько стульев с фиолетовой обивкой и беспорядочно расставленные растения в горшках. На полке лежала черно-золотая жестяная коробка с латунной ручкой, в которой хранился парик. Пару раз Джапп его забывал, когда отвлекался на какие-то вопросы, связанные с судебным разбирательством, и посылал секретаря сбегать за ним. Но во всех остальных отношениях голова у него хорошо варила.