Книга Просто умереть, страница 45 – Питер Джеймс

Внезапно Майкла охватила паника. Сейчас без десяти девять утра или вечера?

Вроде совсем недавно был день? Он же отслеживал каждый час! И никак не мог настолько забыться, чтобы упустить целых двенадцать часов! Наверняка еще вечер, сегодняшний вечер, а вовсе не завтрашнее утро.

Почти двое суток прошло.

«Да чем вы все там занимаетесь, черт вас подери?»

Майкл уперся ладонями в днище и на мгновение приподнял тело, чтобы хоть немного восстановить кровообращение в онемевших ягодицах. Плечи уже здорово затекли, каждый сустав тела ныл от неподвижности – и от обезвоживания, – из опыта мореплавания ему было известно, чем это грозит. Пульсирующая боль в голове не стихала. Ее можно было унять на несколько секунд, переместив руки вверх и нажав большими пальцами на виски, но почти сразу она вновь возвращалась с прежней силой.

— Господи, у меня же свадьба в субботу, вы, утырки! Выпустите меня отсюда! – заорал бедняга во всю мощь легких, а затем принялся колотить по крышке и стенкам гроба руками и ногами.

Дебилы! Завтра уже пятница! Канун свадьбы. Ему нужно купить костюм. Подстричься. А в субботу вечером они с Эшли улетают на Мальдивы, где собрались провести медовый месяц, – перед этим нужно переделать уйму вещей в офисе, его же не будет целых две недели! Да и свадебная речь сама себя не напишет.

«Ну все, хватит, парни, у меня же дел невпроворот! Давайте считать, что вы уже расквитались со мной, ладно? За все мои многочисленные приколы. Вы отплатили мне с процентами! Воздали с лихвой!»

Переместив руки к промежности, Майкл нашарил фонарик и включил его на несколько драгоценных секунд, экономя батарейки. Белый атлас сверху словно бы приблизился. Когда он проверял в прошлый раз, до него было дюймов шесть, а сейчас максимум три – как будто этот ящик, гроб, или куда там Майкла засунули, медленно, но неуклонно оседал на него.

Харрисон в очередной раз взялся за дыхательную трубку, торчащую перед глазами, и сощурился, пытаясь вглядеться через нее, но снова безрезультатно. Потом убедился, что не перепутал кнопки на рации, и по очереди надавил на них. Сначала послушал статические шорохи, затем нажал «Вызов», крикнул как можно громче: «Эй!» – и снова нажал «Прием». Ничего.

— Ни фига! – произнес он вслух. – Шиш с гребаным маслом!

В мыслях немедленно нарисовался образ сковородки на плите в кухне у матери. Сковородки, наполненной колбасками, яйцами, грудинкой, помидорами, – все это похрустывало, шипело, щелкало и шкварчало. Майкл даже почувствовал запахи, черт побери, – и хлеба тоже, поджаривающегося на другой сковороде, а еще разогреваемой консервированной фасоли.

«Черт побери, как же я голоден!»

Харрисон попытался отвлечься от мыслей о еде, от боли в желудке – такой сильной, что казалось, будто кислота уже проедает слизистую оболочку. Где-то под пульсирующим черепом в мозгу всплыла некогда прочитанная информация: существуют какие-то то ли лягушки, то ли жабы – сейчас уже точно и не припомнить, – которые вынашивают потомство не в утробе, а в желудке. По какой-то причине соляная кислота не причиняет вреда их зародышам.

«Интересно, что не дает желудку человека переваривать самого себя?» – внезапно задумался Майкл. Мозг вдруг принялся лихорадочно извлекать из закоулков памяти всяческие факты.