Книга Тайна последней ночи, страница 79 – Тошика Масаки

Тогда мать выбрала не Рё, а ее. Поверила ей. Показала делом, что дочь важнее всего.

— Потому что я его убила. – Голос матери всплыл в ушах: тихий, словно доверяющий страшную тайну.

Это было поздней ночью, через несколько дней после того, как мать выгнала Рё. Вернувшись с работы, она разбудила спящую Ноноко и, дыша перегаром, сказала это. Когда Ноноко переспросила, мать ухмыльнулась и повторила, уже отчетливо:

– Не бойся. Я его убила.

Примерно через два года на месте заброшенного завода нашли труп мужчины. Ноноко тогда училась в одиннадцатом классе. Через несколько дней полиция приходила к матери. Узнав, что она на работе, полицейские ушли. Похоже, они знали, где она работает. Что было дальше, мать не рассказывала. Ноноко тоже не спрашивала.

В те годы за домом, в полуразвалившемся бараке, поселился кот, который когда-то помог Ноноко. Толстый прежде, он постепенно исхудал, глаза помутнели, из носа стала идти кровь. Ноноко устроила ему лежанку из коробки и полотенца, тайком приносила еду и воду, но он почти не ел. Увидев ее, кот не убегал, только слабо мяукал.

На зарплату за подработку она собиралась сразу отнести его к ветеринару. Но деньги забрала мать. Она забрала их не силой, просто сказала: «У меня катастрофа, платить нечем, одолжи», и Ноноко отдала все. Из-за чувства вины она несколько дней не решалась пойти к коту. А на третье утро, когда все-таки пришла к бараку, кот исчез, оставив нетронутую еду.

С тех пор Ноноко жила с тревогой: а вдруг она повторит тот же выбор? Если придется выбирать между двумя жизнями, не выберет ли она мать? Не бросит ли Ринту?

На самом деле она знала ответ.

Пятнадцать лет назад мать пришла в ярость не ради дочери. Она просто не смогла простить мужчину, который ее обманул. Она защищала не ребенка, а собственную гордость. Поэтому, даже если мать действительно убила Рё, Ноноко не обязана чувствовать ни вины, ни благодарности. Все это мать сделала ради себя.

Головой Ноноко это понимала. Но сердце так и осталось запертым в прошлом.

Почему полиция дважды приходила к матери? Может, поиски Тацухико – лишь предлог, а на самом деле они копаются в событиях пятнадцатилетней давности?

Ноноко коснулась указательным пальцем щеки Ринты, который спал, сладко дыша. Она почувствовала одновременно упругость и мягкость. И вдруг захотелось плакать. Нежность и тоска переплелись, затягивая ее, словно водоворот.

Чтобы вырваться из этого удушья, она резко встала.

Надо бы прибраться… Нет, сначала все-таки позвонить свекрови.

И в этот момент дверь в гостиную распахнулась, и у Ноноко вырвался сдавленный вскрик.

На пороге стояла свекровь.

Лицо ее страшно искажено: растрепанные волосы, налитые кровью глаза, бледное лицо блестит от пота. Она дышала так, будто только что бежала изо всех сил.

— Где Ринта?! – едва не орала женщина.

Оттолкнув онемевшую Ноноко, свекровь заглянула в спальню и тут же опустилась на пол. Сквозь прерывистое дыхание было слышно:

— Слава богу… слава богу…

Внезапно Тиэ обернулась, и Ноноко вздрогнула. Страшное выражение исчезло, сменившись облегчением. Только теперь Ноноко смогла заговорить:

— Госпожа Момои… что случилось?

— Что случилось? Да все! Я звонила тебе со станции «Хибаригаока», трубку взял какой-то мужчина. Я подумала, что с тобой или с Ринтой что-то случилось, – и побежала сюда.