Книга Прайм-тайм, страница 75 – Максим Шаттам

Затем на краю экрана появилось движущееся желто-красное пятно, и Жислен стал медленнее водить рукой. Сформировалась цветная масса, затем еще одна.

— Они там, – сказал он, – в центре дома. Далеко от окон.

— Прибор определяет только людей?

— Нет, любых живых существ, но ИИ уточняет, и я могу подтвердить, что внизу люди, а не кошки.

— Мать, дочь и их захватчик?

— Я не вижу лиц, только силуэты. Смотрите.

Три желто-красные массы колыхались в пространстве, ограниченном линиями стен. Результат больше напоминал метеокарту с формированием теплых воздушных масс и градацией температуры по цветам. Только эти антициклоны начинали принимать человеческие очертания.

— Два человека статичны, – интерпретировал Жислен. – Видимо, сидят, формы компактные. Третий стоит, он движется по комнате.

— Это захватчик?

— Похоже на то, да. Подождите!

В противоположном углу появилась еще одна похожая цветная масса, которая увеличилась и тоже начала двигаться.

— Черт подери, – выругался Жислен. – Там четвертый человек.

Они увидели, как форма остановилась рядом с той, которую считали похитителем, затем спокойно удалилась.

Сеньон понял, что это означает.

— Есть Кратос, Демос, – сказал он, – и третий сообщник, которого они от нас скрыли.

Шарлен чувствовала себя полностью опустошенной. Она сосредоточилась. Ждала, пока Кратос сядет, потом нажала кнопку связи, чтобы он мог ее слышать:

— Вы – голос народа.

Кратос не шевельнулся.

— Вы вдвоем представляете нас всех, я права?

Она хотела действовать мягко, не атаковать свою цель слишком поспешно. Шарлен работала репортером, научилась задавать вопросы, чувствовать собеседников, адаптироваться, импровизировать, чтобы получать искомое. Но никогда еще на кону не стояла человеческая жизнь.

Поскольку Кратос не реагировал, она продолжила нейтральным тоном и медленно:

— Демос и Кратос. Народ и власть. Вы и ваш союзник там, в Булони, – единое целое. И вы – голос обоих.

Черная фигура наконец наклонилась, чтобы взять микрофон со стола:

— Знаешь, откуда происходит слово «демос»? В Древней Греции наименьшей единицей деления народа был дем. Нужно было собрать группу из десяти домов, чтобы образовать дем. С этого момента они становились силой, голосом, имеющим право высказываться, участвовать в политической жизни страны. Десять домов. В стране с двумя-тремя миллионами жителей в ту эпоху. Колыбель истинной демократии. Вдесятером они слушали друг друга, говорили, находили консенсус и доносили его до верхов…

Янис изучал говорившего со всех ракурсов. Он дал Шарлен знак, что все идет отлично.

— Сегодня нас почти семьдесят миллионов только во Франции и почти полмиллиарда в Евросоюзе. И мы не можем сделать так, чтобы нас услышали? Чем нас больше, тем меньше значат наши голоса. Масса в конечном счете размывает нашу власть и свободы.

— Это вы так думаете?

Кратос выдержал долгую паузу.

— Не важно – люди чувствуют именно так. А между тем все контролируется народом. От политики до экономики – наши поступки всё определяют. Но нам удобнее думать иначе. Удобнее снять с себя ответственность. А ведь дем по-прежнему остается основой. Десять жилищ, десять моделей поведения, десять воль, повторенные почти до бесконечности, и это число определяет облик нашей жизни.

— Это суть того, что вы хотите сказать позже, в полночь?