Книга Ведьмы из Броккенбурга. Барби. Часть 1-3, страница 164 – Константин Соловьев

Со слабыми проще. Слабых просто давят ногой.

— Opið. Þögn. Hafðu hljóð.

Демон покорно щелкнул замком, отпирая дверь. Барбаросса могла бы уничтожить его одним щелчком пальцев. Она так и сделает – на обратном пути. Может, демоны, обитающие в дверных замках, слабы и неразумны, но иногда у этих мерзавцев отменная память. Ей не нужно, чтобы он сохранил воспоминания об ее визите. Чтобы потом какой-нибудь демонолог, посланный городским магистратом расследовать дерзкую кражу, выудил слепок ее ауры из сознания Лемигастосомиэля, жалкого служителя входной двери.

Она просто уничтожит его, когда будет уходить. Расплавит, отдав череду столь сложных противоречивых команд, что его жалкие куцые мозги не смогу ее переварить.

Но это потом, позже – когда она покончит с насущными делами.

Барбаросса осторожно скользнула внутрь, прикрыв за собой дверь.

Ну здравствуй, гомункул. Будь хорошим мальчиком и сиди тихонько в своей банке, тетушка Барби, заглянувшая в гости, не причинит тебе вреда…

Ей никогда не приходилось бывать в жилищах отставных вояк – выйдя на пенсию, те обыкновенно предпочитали селиться в более спокойных местах, чем суетный Броккенбург. В сонном Бельгерсхайне с его прекрасными яблочными садами, в тучном Лангебенсдорфе с его прославленными кофейными пирожными, да хоть бы и в самом Магдебурге – там всегда можно найти развлечения на любой вкус, даже если после всех войн от тебя осталось так мало плоти, что впору хранить ее в печном горшке, а не облачать в костюм.

Прихожая оказалась пуста и безлюдна. Не очень большая, не очень маленькая, она была погружена в полумрак и ни единым звуком не отозвалась на ее вторжение, но Барбаросса, едва лишь прикрыв за собой дверь, замерла, стараясь не только не шевелиться, но и не дышать.

Хозяин-старикашка не спешил на скрип двери, чтобы засвидетельствовать ей свое почтение, угостить стаканчиком и пригласить в дом. Верно, дрыхнет наверху, как и говорила Бригелла. Может, высосал бутылочку вина за обедом и будет спать до позднего вечера, даже не подозревая, что за гостей адские владыки привели нынче в его дом. Тем лучше. Тем больше у него шансов дожить до почтенного возраста.

Первые секунды после того, как скрипнула дверь – самые опасные. Если демон-привратник все-таки подаст сигнал, если престарелый хозяин в своей спальне вскочит, паля вслепую из пистолетов, лучше сохранить между собой и дверью как можно более короткую дистанцию – на тот случай, если придется улепетывать без оглядки.

Тишина. Умница Лемигастусомиэль не подал тревожного сигнала, воздух в прихожей не засветился, реагируя на ее присутствие, по дверной коробке и стенами не зазмеились огненные письмена демонического языка, сплетая вокруг нее лопушку из невидимых раскаленных нитей.

Ничего. Тишина.

Дом ни единым знаком не продемонстрировал, что ощутил визитерку в своей прихожей. Ни скрипа чужих шагов, ни звука взводимого мушкетного курка, ни того неприятного шороха, который издает обнажаемая сталь, высвобождаемая из ножен. Значит, можно приниматься за работу.

Барбаросса не позволила себе расслабиться, миновав порог. Напротив, замерла в неподвижности, стараясь не шевелить не единым членом, точно восковая статуя. Только никчемные тупые шлюхи, привыкшие орудовать в чужих домах так же свободно, как у себя в штанах, бросаются к сундукам со скарбом, радостно хмылясь. И частенько превращаются в щепотку жирной сажи на полу. Если ты не видишь рядом опасности, учила Панди, это не значит, что ее нет. Это значит, что ты не замечаешь ее признаков.