Книга Имперский вор. Том 5, страница 48 – Дмитрий Ра

Обхожу поляну, вспоминая, как мы с парнями уложили тут группу чёрных охотников. Кстати, трупов-то тут нет. Интересно, это назаровцы их похоронили или всё же кто-то другой нашёл?

И всё равно любопытно, Червь со своими мужиками искал меня действительно только потому, что не хотел приносить жертву? Ведь слова заклинания он должен знать, раз был в той бригаде. Да и, имея такие связи, вполне мог найти другого портальщика… Просто кажется, он не из тех, кто спокойно приносит в жертву сопляков.

Однако расслабляться не стоит. Как говорил мой заместитель, «как только ты кому-то доверился – ты уже проиграл».

— Готовы? – Обвожу мужиков взглядом. – Гора, давай вон за тот куст. Кощей – встань справа. Егерь – вон туда. Рассыпались все. Если оттуда попрёт орда, лучше не стоять на одной линии.

«Если учуешь что-то необычное – предупреди», – транслирую Крайту.

Знакомое покалывание в кончиках пальцев, плетение – и передо мной начинает раскрываться знакомая радужная плёнка. Похоже, Червень со товарищи не до конца верили в мои возможности. Потому что, кажется, мужики даже затаили дыхание. За дрожащей мембраной портала я вижу странные колышущиеся очертания.

«Никого», – отвечает Крайт в ответ на мой вопросительный взгляд и первым ныряет в портал.

Ни одного монстра. Очень любопытно – почему?

— Чего застыл? – подталкиваю удивлённого Червя и делаю приглашающий жест рукой. – Твоя дорога в рай. Давай шагай, пока не закрылось.

— Сейчас.

Он расстёгивает куртку и достаёт инъектор с антидотом. Потом ломает верхний колпачок и вкалывает средство в шею сбоку от челюсти.

— Удачи, мужики, – говорит Егерь. – Слышь, Каменский! – добавляет он, когда Червень исчезает в разломе. – Верни его живым.

— Сделаю что смогу, – киваю. – Бывайте, мужики.

И шагаю в разлом.

Мощь здешнего тёмного эфира бьёт меня в грудь, словно кузнечный молот. Сгибаюсь пополам. Кладу ладони на колени и какое-то время стою так, пытаясь снова привыкнуть к себе настоящему. Как же приятно снова чувствовать себя сильным! Потом медленно разгибаюсь и осматриваюсь.

Первое, что я вижу, – это Червь в боевой стойке и мой кот, который с нарочито спокойной мордой сидит напротив. Троллит. Потому что я-то знаю: спокойствие – лишь видимость. Он тоже адски рад вернуть свою силу. И нагло красуется перед охреневшим Червём.

Конечно, в разломе химеринг снова стал самим собой – двухметровой полурептилией с намёком на то, что папа-крокодил когда-то согрешил с мамой-пантерой.

— Кончай выделываться, – говорю Крайту строго. – Свои.

Кошак делает вид, что ничего такого не имел в виду, и начинает принюхиваться к воздуху.

— Значит, в разломе ты всё же был, – делает вывод Червень, глядя на химеринга. – Кто ж тебя, сопливого, пустил-то туда… Ну, прости, парень, думал, ты просто выпендриваешься.

— Сочтёмся, – киваю. – Самое время рассказать, зачем мы сюда пришли.

В рюкзаке за плечами ощущается шевеление, и я вспоминаю про Шанка. Спускаю рюкзак под ноги и запускаю в него руку. Прикоснувшись к Шанку, формирую знакомое плетение-хамелеон. И только потом растягиваю завязки.

Шанк вылетает из рюкзака, как пробка из бутылки. Но видно его теперь лишь по смазанному воздуху. Здесь у меня нет ограничений в эфире, и поддерживать иллюзию его невидимости я смогу столько, сколько надо. Хватит с Червя знания про химеринга. Не буду шокировать его ещё и отрубленной дланью бога.