Книга Имперский вор. Том 3, страница 99 – Дмитрий Ра

Даже не съехав на обочину, Матвей бросает руль и разворачивается ко мне всем телом.

— Шутишь?

— Шучу, – примирительно говорю я. – Мне просто интересно, Матвей. На самом деле я и о кровном договоре мага-защитника знаю очень мало. Но ведь чисто теоретически ты и в таком случае должен меня защищать?

Некоторое время он молчит. Видимо, подбирает слова.

— Должен. Но не стал бы, – говорит наконец. – Уж прости. Умер бы, да.

Он касается своего плеча – места, где выжжена руна с гербом Каменских.

— Понимаешь… Я здесь родился. Это – моя страна. Моя жизнь, моя честь. И не из-за присяги. Я приносил присягу от души, а не потому что был обязан. Надеюсь, и ты принесёшь её так же.

Мы едем дальше молча. Крайт перелезает ко мне на колени, зевает и сворачивается клубком.

Машинально его поглаживая, я прикрываю глаза, но не сплю.

Как курсант Императорского магического высшего военного училища, в конце сентября я буду обязан принести присягу Отечеству и Государю.

Присягу этому миру, собственно. Чужому миру.

Или уже моему?

Но в любом случае – если я принесу присягу, моя жизнь будет принадлежать Российской империи. А честь обяжет служить ей. Этой стране – и роду, который ей повелевает.

⁂

Когда мы доезжаем до КПП лагеря, протягиваю Матвею смартфон. Всё равно заберут, так что Матвей справится быстрее, чем Ильин.

— Отдай доверенным людям, чтобы сняли «шпионов». И поставили защиту от геолокации. Полную, – акцентирую, глядя на мага-защитника. – Без дырок по типу «А как же я? Я же должен тебя видеть!».

Матвей морщится, но кивает, беря мой смартфон.

Достаю из багажника рюкзак и гляжу, как он садится в свой «седан» и отъезжает.

— Господин майор, князь Никита Каменский прибыл! – отдаю честь, увидев Зверевича у будки.

— Это снова вы, ваше сиятельство? – вздыхает он. – А ведь как спокойно-то было… Я даже начал привыкать.

— Бросьте. Спокойствие – это не ваше, – хмыкаю.

— И не ваше? – Он с интересом смотрит на мой рюкзак. – Такое впечатление, господин князь, что все вещи, которые вы тоннами привозите в мой лагерь, разбегаются по нему как тараканы и бесследно пропадают.

Э-э-э… Да ничего я такого и не привозил. Хотя, учитывая сидящего в рюкзаке Шанка, про «разбегаются» – это он в точку. Но зато химеринга нет. Кошак выпрыгнул из машины чуть ли не на ходу и тут же свалил в лес – питаться.

В казарму я возвращаюсь тихо, отметив, что на этот раз в каптёрке света нет. Надеюсь, майор всё же нашёл возможность выдворить из лагеря горчаковских и бакановских шпионов.

— Каменский, ты, что ли? – раздаётся шёпот Львова. – А почему вернулся? Мы тебя и не ждали.

— Не только вы, – хмыкаю, вспомнив Зверевича. – Но уж как получилось.

— Есть чё пожрать? – поднимается лохматая голова Токсина.

— Пирожки подойдут? – Достаю из рюкзака свёрток и кладу на тумбочку. – Налетай, кому хочется. Оленев, Данилов, Юсупов – вы тоже присоединяйтесь. Пожрать – дело святое.

Парни быстро опустошают свёрток.

— Опять графиня Хатурова дала, что ли? Дома был? – интересуется Токсин.

Ага, графиня. В трениках и со щетиной. Стырил на твоей кухне у Шаха. Под укоризненным взглядом твоего домового. И даже не уверен, что это вообще съедобно.

— Всё, парни, я спать. – Хлопаюсь спиной на кровать.

Вот чёрт! После сна урывками, то привалившись к боку Крайта, то просто на каменном полу тоннеля, даже простая сетчатая койка – верх наслаждения.