Книга Имперский вор. Том 2, страница 90 – Дмитрий Ра

Ученицы школы Назарова провожают нас задумчивыми взглядами. Точнее, меня. С княжной они явно давно знакомы. От взглядов в спину у меня начинает чесаться между лопатками. Интересно, кого эти девицы видят во мне? Хорошо, если надежду Отечества, а не потенциального жениха… Хотя эти-то вряд ли мечтают о карьере княгини и матери княжат. Иначе поступали бы в Институт благородных девиц.

В роскошном лимузине княжна опускает звуконепроницаемое стекло, отделяя нас от водителя, и спрашивает:

— Ну как, князь? Не решили поменять карьеру на свободу?

— Пока нет.

— А как насчёт нашей возможной сделки?

— Ваше высочество! – Я прижимаю руку к груди. – Клянусь вам, как только в мои руки попадёт шерсть химеринга, я принесу её вам.

— И что-нибудь другое если попадёт – тоже мне, – просит она.

— И что-нибудь другое тоже, – обещаю я.

Почему бы и нет? Минуя Марка Абрамовича и аукцион. Великая княжна – так-то отличная клиентка.

— Я рада нашему знакомству. Предлагаю вам свою дружбу, князь! – решительно говорит она.

Почему-то я мгновенно вспоминаю Егора Ильина. Он вот так же, прямо и чётко, предложил нам с Токсином «держаться вместе». Сдерживаю улыбку и киваю:

— Буду счастлив, ваше высочество.

— Анастасия. Можно – Ася. И на «ты».

— Никита.

— Можно – Ник?

— Конечно. Но, ваше высочество…

— Понятно, что только наедине, – улыбается она. – Знаешь, я ведь неплохо знакома с твоими сокурсниками. Но они не такие, как ты.

— Польщён, ваше… Анастасия.

— Они дети, – фыркает княжна.

— Мне так не показалось, – вру в ответ.

— Да ладно. Палей – клоун. Юсупов – чистый бычок. Львов, конечно, выделяется. Но скользкий, как змея. И манерный очень.

— А Макс Горчаков? – спрашиваю с интересом. Характеристики княжны, конечно, точные… но поверхностные. По крайней мере в отношении Палея.

— А Макс Горчаков… Он меня напрягает. Влюблён, – неохотно делится княжна. – Это приятно, но бессмысленно. В общем, с ними со всеми у меня хорошие отношения, но дружить с ними сложно.

Правильное мнение. Ибо нефиг делать. Такая подруга пригодится самому. Конечно, она с перебором искренняя, пожалуй что взбалмошная, но зато императорская дочка.

— А ты, Ник, мне кажешься взрослым. Думаю, мы сможем быть друг другу полезны. Вот, возьми.

Она лезет в карман штанов и достаёт какую-то цацку на цепочке. Протягивает мне.

Цепочка серебряная, тонкая. А цацка – обычный камешек…

…казалось бы.

Овальная галька с просверленной дырочкой. Но с одной стороны она прозрачна, будто в полый камень вставили стекло. За стеклом слегка мерцает зелёная хрень, вроде бы веточка.

И это артефакт.

Сильный, серьёзный артефакт для мгновенной прочистки каналов. Замена паре часов медитации. И он – не одноразовый.

Никита Каменский отвешивает челюсть, не скрывая этого.

Инквизитор Никрас Борх офигевает, понимая, что ему дарят. Я очень неплохо разбираюсь в артефактах. А ещё я способен определить изготовителя, если тот находится рядом. Артефакт сделала великая княжна. И это работа мастера высочайшего уровня. Ну разве что – сетка плетения не везде симметрична. Крошечный минус… Но и мастеру всего семнадцать лет.

— Анастасия?..

— Это тебе. В знак начала нашей дружбы.

— Я не могу принять такой подарок.

— Можешь и примешь, – жёстко говорит княжна. – Я хочу, чтобы ты доверял мне. Тогда и я смогу тебе доверять. Но слова – мусор. Потому бери. Я сделала его лично для тебя.