Книга Имперский вор. Том 1, страница 38 – Дмитрий Ра

— Надо поговорить, – шепчет он, поднимаясь.

После обеда нам объявлено «свободное время до построения в 16.00».

Выходим втроём, «гуляем» около плаца.

— Предлагаю держаться вместе, – говорит Ильин. Смотрит с вызовом. Мол, не думай, и без вас проживу, если что.

Забавный пацан. И он прав: вместе проще.

— Я тебе должен, – сообщает мне Бородин, игнорируя слова мелкого. – Смогу – расплачусь. Однако не стоило вмешиваться.

— Давай пока инфой заплатишь? – предлагаю я. И «доверчиво» открываю душу: – Я последние два года учился на дистанционке, так вышло. А до этого как-то не интересовался столичными вузами. Другие дела были.

— Род Каменских? – кивает Ильин. – Соболезную.

Не сразу понимаю, что он имеет в виду. Потом вспоминаю смерть «отца» и делаю грустное лицо.

Бородин кивает в поддержку.

— Надеюсь, нас примут, – говорит Ильин. И добавляет: – Кстати, некоторых примут в любом случае. Палея, Горчакова… Палей на июньском балу во дворце такое устроил… Едва замяли. Так что теперь тут на воспитании. Только это тайна. Я слышал, как отец об этом говорил.

Он замолкает, опускает взгляд. И выглядит таким наивным, что я сразу начинаю сомневаться если не в сказанном, то по крайней мере в его мотивах.

— Мы не друзья, понятно, – продолжает Ильин, не поднимая глаз. – Но… тут же Палей, Горчаков, Данилов…

— Юсупов, – добавляет Бородин.

— Ага. Останемся поодиночке – затопчут. Их вообще не должно было быть в лагере, но с ними ситуация меняется… К ним сейчас многие примкнут, я думаю.

— Ну ты продуманный, – хмыкает Бородин. – А ты того стоишь, чтоб за тебя держаться?

— Не знаю, – улыбается Ильин. – Но… не попробуешь – не узнаешь?

Я поворачиваюсь к Бородину:

— Для начала скажи – что ты не поделил с Горчаковым? Учти, он мне по-любому сильно не нравится.

— Ладно, – нехотя отвечает он. – Я Дмитрий, кстати.

— Егор!

— Никита.

Жмём друг другу руки.

— Какие тут секреты, – отвечает наконец Бородин. – Я бастард графа Горчакова. Естественно, родной батюшкин сыночек меня терпеть не может.

— Мне лично плевать, бастард ты или наследник. Да хоть монгольский хан. А твой отец кто? – смотрю на Ильина. Он опять опускает глаза:

— Мой? Нетитулованный дворянин. Но… Связи у него, в общем.

Бородин кивает:

— Связи – это хорошо. Значит, ты у нас информатор? А я… Ну, даже не знаю. В лекарствах вот разбираюсь. В травках. Настои всякие могу делать, отвары. – Он делает паузу и, глядя куда-то вверх, добавляет: – В токсинах тоже понимаю.

— Не повезло твоему братцу, – хмыкает Ильин. – Наверняка ты уже пару-тройку токсинов на нём испытал? Ну скажи, испытал же?

Бородин ухмыляется, а я делаю в голове пометку: с парнем дружить!

Теперь понятно, откуда такая кличка – Токсин. А также его обещание Горчакову насчёт сортира.

— А ты? – спрашивает Ильин, и они оба поворачиваются ко мне. – Кстати, тебя же не было на экзаменах…

— Хорошая протекция? – сдержанно интересуется Бородин.

— Вроде того, – соглашаюсь. – Я сдавал… но отдельно. В том числе нормативы.

Странно, что они ничего не говорят и не спрашивают о магии. А ведь это первое, что стоит предлагать и чем хвастать.

Ухмыляюсь. Тьма от источника в кончики пальцев, знакомое плетение… и на моей ладони появляется чёрный паук.

Священный ужас в глазах пацанов и восторженный выдох.