Книга Имперский вор. Том 1, страница 108 – Дмитрий Ра

Через портик мы заходим в особняк. Здесь нет современного минимализма, как у Хатуровых. Светло, просторно. Широкие арки. Золотая лепнина и белый камень. Белая же мебель. На её фоне видно любое движение. Действительно любое: здесь куча камер. Я уже насчитал шесть штук, а ведь наверняка есть и те, что хорошо замаскированы от чужого глаза.

— Никита Станиславович, прошу, – говорит… дворецкий? – Николай Михайлович вас ждёт.

На дворецкого этот подтянутый мужик с цепким взглядом похож так же, как Матвей – на камердинера.

Внезапно до меня доходит вторая половина сказанного.

— Только меня ждёт? – удивляюсь. Неожиданно.

— Топай, Каменский. – Львов подталкивает меня в спину.

Выходит, он успел позвонить отцу, пока я собирался.

Что ж… видимо, у нас с Николаем Михайловичем Львовым, главой Тайной канцелярии императора, есть какие-то общие дела. Пора узнать – какие.

* * *

Стучусь.

— Входи, – раздаётся спокойный мужской голос. – Входи, Никита. Ничего, что я так… на «ты»?

Пожимаю плечами. На самом деле мне всё равно. Главное – информация.

Львов сидит спиной к окну. Свет бьёт в глаза, оттого я вижу лишь силуэт.

— Присаживайся. – Хозяин кабинета гостеприимно указывает на глубокое удобное кресло напротив своего стола.

— Благодарю.

Осматриваюсь. Кабинет совсем не похож на мой замковый, из другого мира. В отличие от моего, этот огромный, просторный и… пустой. Стол, два кресла и несколько узких металлических стеллажей во всю стену не в счёт.

Какое-то время князь Львов молчит.

Разглядываю глазок очередной камеры и не мешаю князю надеяться, что я начну разговор первым. Нет. Свои проблемы я пока придержу. А если ему нужна от меня какая-то услуга, пусть выкладывает карты на стол.

— Никита, хотел бы ты посетить своё родовое поместье? – неожиданно спрашивает князь. – При определённых условиях, конечно.

Родовое поместье Каменских опечатано короной. Причины этого мне неизвестны, но попасть туда можно только с разрешения главы Тайной канцелярии – князя Львова.

Часть памяти Никиты Каменского стёрта. Всё, что он помнил о пожаре, – это что особняк выгорел почти дотла. И я не знаю, осталось ли там хоть что-то. Но если есть возможность туда попасть – я точно этого хочу.

Глаза привыкли к освещению, и теперь я вижу лицо князя. Львов-старший – такой же невысокий и худой, как и его сын. Провалы глазниц утоплены глубоко в череп. Чёрные встрёпанные волосы и острые черты. Больше всего он напоминает настороженного ворона.

Не спешу отвечать. Что задумал этот лис?

— Так тебе интересно моё предложение? – торопит Львов.

— Я пока не услышал конкретных предложений. Чего вы от меня хотите?

— Понятно. Ну что ж… – Он отворачивается от меня и подходит к окну. – Несколько лет назад в окрестностях столицы начали пропадать молодые аристократы. Как правило – из захудалых или обедневших родов. Когда счёт перевалил за десяток, император взял дело на особый контроль. Так и выяснилось, что подобное происходит не только в столице. Преступник – или преступники – выбирали тех, кого не хватятся сразу. Или не хватятся совсем.

— За несколько лет не нашли никого из пропавших?

— Никого. Как сквозь землю провалились. Некоторые из пропавших принадлежали пусть и к обедневшему, но древнему роду. Роду, имевшему и хранителя, и источник магии. Так вот когда их начали искать, оказалось, что хранители исчезли, а источники их родов исчерпали себя. Хотя это в буквальном смысле варварство. Источники существуют столетиями. А тут исчерпались всего за пару лет… Думаю, ты уже понял, к чему я веду.