Книга Кланы. Суд ёкаев, страница 119 – Александра Гардт

— Поехали, посмотришь на месте. Вечером еще с западными разговаривать.

Я закатила глаза. В тот раз в квартире случилась огромная потасовка, но в итоге уже никто не претендовал на нашу Москву. Оборотня вышвырнули, как я поняла, в сильно помятом состоянии (Циньшань потом делился, что не убили его по чистой случайности, мол, надо было меня в больницу везти), а потом наша московская история в считаные часы получила мировую огласку, и весь план Костика под названием «победителей не судят» провалился в тартарары. Единственное – несколько его подопечных хотели остаться жить здесь, но и по этому поводу мы усиленно ругались, не желая отдавать ни пяди земли.

— Нин. – Ямато никак не хотел усаживаться впереди меня, и я съехала вниз, очень уж неудобно оказалось стоять в таком положении. – Нин, ты точно хочешь работать с нами?

Разговор этот тоже повторялся с завидной регулярностью, но я все-таки объяснила Ямато, что мои поступки – это и есть я, и если свежий взгляд на их проблемы может помочь решить хоть что-то, то я готова продолжать существовать в роли судьи.

— Ямато, перестань, пожалуйста.

Он кивнул и, несмело улыбаясь, наклонился и поцеловал меня в щеку. От этого я почему-то покраснела куда больше, чем от первого объятия, и спряталась лицом в его широкое плечо, затянутое в легкую кожанку.

Мы тронулись, и я в очередной раз почувствовала, что нахожусь в нужном месте в нужное время, что я делаю нужные вещи и помогаю людям. Эти кумихо, ёкаи, кумо, в конце концов, тоже были людьми, а все остальное не имело значения. Как и мое собственное происхождение, которое, к счастью, и не думало меня тревожить. Впрочем, оно явно было темой для отдельного расследования.

Вонгви – в корейской мифологии злые духи, призраки людей, умерших насильственной смертью.

Горё – в японской мифологии призраки воинов, умерших в бою, зачастую принявшие страшную смерть.

Ёбосан – в корейской мифологии дух японца, пытающийся напугать кореянок в вечерних сумерках.

Ёкай – сверхъестественное существо в японской мифологии. Используется в общем смысле.

Кацура отоко – в японской мифологии прекрасный мужчина, живущий на луне. От кацура отоко невозможно оторвать взгляд: настолько он красив. Если на него смотреть слишком долго, он поманит наблюдателя к себе рукой, и с каждым взмахом его ладони жизнь человека будет уменьшаться. Кацура отоко возделывает на луне дерево, подрезая его, из-за чего луна идет на убыль. С каждым циклом дерево разрастается снова. По некоторым преданиям, кацура отоко возделывает багрянник японский, или церцидифиллюм.

Кисэн – в Корее артистка развлекательного жанра, куртизанка для высших слоев общества. Тем не менее влияние кисэн на корейскую культуру нельзя недооценивать: они оставили огромный след как поэтессы жанра сиджо (иногда сравниваемого с японским жанром поэзии хокку) и как объекты поклонения и несчастной любви, воспетой в корейской литературе.

Кумихо – в корейской мифологии девятихвостая лисица, способная обращаться прекрасной женщиной (ср.: японская кицунэ). Обыкновенно соблазняет мужчин и съедает их печень и сердце.

Кумо – паук-оборотень в японской и китайской мифологии. Обращается человеком и пожирает своих жертв.

Ольччан – южнокорейская субкультура привлекательных юношей и девушек. Их внешность обычно строго регламентирована. Идеалом считается внешность, похожая на фарфоровую куклу.

Ханбок – национальный традиционный корейский костюм (ср.: японское кимоно).

Хваран – юношеский социальный институт в древнекорейском государстве Силла. Хвараны получали всестороннее образование, были развиты физически и обладали незаурядным умом. На войне сражались в первых рядах.

Чанъин (также «чанин») – злобные великаны в корейской мифологии.