Книга Фарфор Ее Величества, страница 129 – Максим Далин

— Я надеюсь, — в голосе Люнгеры послышалось что-то жуткое, — что архив цел, драгоценнейший мессир будущий регент.

— Вот и отлично, вот и прекрасно, — откликнулся Нагберт. — Его разработки нам понадобятся. А о ваших детях я лично позабочусь, дорогая.

— Ах, если бы Дэрек был жив! — Люнгера проглотила рыдание.

— Рэй скоро вырастет, — сказал Нагберт. — А за Дэрека вы отомстите, не сомневайтесь. Вы же верите мне?

— Как оракулу! — воскликнула Люнгера.

— Вот и славненько, — и Нагберт скрежетнул смешком. — Пока — идите, дорогая. Идите к детям. И поверьте, что наше положение — ваше положение, дивная леди — вскоре изменится так, как невозможно было и представить себе.

— Без простецов при дворе? — со страстной надеждой спросила Люнгера.

— Несомненно, — благодушно пообещал Нагберт. — Только прошу вас держать себя в руках. Не стоит торопить события. Я не хочу в спешке делать глупые ошибки.

Не сомневаюсь: Люнгера целовала ему руки. Я просто видел это внутренним зрением — и слышал, как шуршал подол её шёлкового платья, когда она поднималась с колен.

— Идите, идите, девочка, — сказал Нагберт. — Всё будет в порядке.

Шаги Люнгеры прошелестели прочь, стукнула дверь. Индар опустил панельку на место.

— Видишь? — спросил он негромко и весело. — Наш прекраснейший мессир без пяти минут регент наверняка принял все возможные меры, чтобы поблизости не было никаких шпионов и соглядатаев из-за Межи, а также тщательно законопатил все оккультные нитки возможного прослушивания. Но он никогда не жил в Резиденции Владык, а я всё детство здесь провёл — и знаю большую часть здешних секретов. Наши голоса не слышны снизу, даже если мы станем петь здесь неприличные куплеты полным голосом. Зато мы можем прослушать все апартаменты государя, так-то, лич! И рабочий кабинет короля, и его спальню, и гостиную — гостиную лучше слушать из игровой комнаты принца, правда. И приёмную — это в библиотеке. Полтораста лет назад эти покои принадлежали вдовствующей королеве Гользе, она напропалую шпионила за своим сыном, который норовил без неё политику делать. А Рандольф наткнулся на старый план покоев где-то в закутке библиотеки. И растрепал мне: у него никогда вода в горсти не держалась — и нужны были свидетели триумфа.

— Мой друг букинист был старым пропойцей, — сказал я, — но порой изрекал истины неземной мудрости. Например, что спесь пучит, пока пузо не лопнет.

— Ты о чём? — удивился Индар.

— Нагберт выгнал Норфина из королевских апартаментов, — сказал я. — Владыкой себя почувствовал. Решил, что ему теперь по чину жить только там.

Индар рассмеялся коротким злым смешком.

— А ещё я думаю, как нам понадёжнее прикрыть Норфина, — продолжал я. — Мне кажется, сейчас ему грозит очень серьёзная опасность.

— Пока нет, — сказал Индар. — Сейчас Нагберту некем его заменить. Но как только он найдёт профессионала из своих — немедленно решит, что с Норфином надо прощаться… это плохо. Боров нам нужен. Нашему принцу нужен… знаешь, что смешно, Клай? Вэгс тоже нужен. Он предан своему маршалу — он наш человек.

— Мы с тобой собираем свой двор? — спросил я. Мне хотелось улыбаться.

— Да, — тут же ответил Индар без тени улыбки. — Мы собираем двор своего короля.

Весь остаток дня мы устраивались.

Индар показал нам с Барном и Рэдерику все местные «ушки в стенах». Признаться, меня здорово радовало сложившееся положение: по крайней мере, о некоторых планах Нагберта мы можем узнать заранее. Главное — кабинет: Индар не сомневался, что Нагберт непременно выйдет хоть с кем-нибудь на связь через зеркало — вот тут-то мы его и подловим.