Книга Седьмой. Том 1, страница 56 – Максим Зарецкий

Хм-м-м, итак, имеет ли вообще смысл идти на это разбирательство? Да имеет, и прежде всего проверить, скольких ещё пригласили туда. Как минимум чтобы понять масштабы — если всех, значит это был обычный веерный опрос. Предполагаю, что именно это и должно было быть организованно руководством гильдии.

В сообщение высылаемом на смартфон было указан кабинет на четвёртом этаже. Предчувствие меня не обмануло на четвёртом этаже, возле кабинета, где шло рассмотрение происшествия в алом мире, толпились почти все выжившие, включая магистра Крюкова и трёх хорьков, один из которых был тот самый, выглядевший больным мужчина. Два его товарища в отличие от него смотрелись бодро, но при этом раздражённо. Стояла тишина, на меня практически не обратили внимания — мало ли безликих шляется по зданию гильдии. Атакующего Кроу нигде видно не было, что вызывало определлённые вопросы.

Пройдя дальше в конец коридора, я прислонился к одной из стен и стал спокойно ждать, вслушиваясь в редкие разговоры наёмников. Только тогда на меня обратили внимания, я почувствовал раздражённые взгляды со стороны людей. Те прекрасно поняли, что я за ними наблюдаю. Плевать. Как член гильдии я мог находиться на всей её территории, где это было разрешено.

«Носитель, я чувствую присутствие изменённых».

Голос седьмого, о котором я, если честно успел немного позабыть, вывел из задумчивой сосредоточенности. Что? О чём ты говориш? Какие ещё изменённые?

«Три объекта с дестабилизированной структурой, без поддержки магического конструкта они обречены на спонтанные изменения. Невозможность прогнозирования последствий. Большая опасность».

Значит, они прошли через тот же эксперимент что и я? Но почему нет конструкта?

«Два варианта — экспериментальные образцы закончились либо были намеренно отключены в ходе модификации».

Эти спонтанные изменения, они сильно опасны?

«Записи создателей однозначно указывают на высокую степень опасности изменённых. Всеми способами носителю следует держаться от них как можно дальше».

Чтож, с хорьками я и так не собирался пересекаться, а сейчас так и тем более.

Воспользовавшись появившейся возможностью, я наблюдал за группой хорьков. Те о чём-то тихо переговаривались, явно несильно беспокоясь о предстоящем допросе. И понятно почему. Никаких доказательств в том, что они причастны к смерти десницы ни у кого не было. А то, что выжили после попадания в подземелье, так и что с того?

— В гробу я видал ваши распросы! — крик одного из хорьков вывел меня из задумчивости. Тот самый, выглядевший больным мужчина, не сдерживая голос, орал на своих товарищей. — Я сильнейший! Я тот, кто станет опорой! Если у комитета и отдела есть ко мне вопросы, пусть сами приходят!

Бах! — удар кулаком в стену проделал в ней настоящую небольшую дыру. А хорёк презрительно плюнул себе под ноги, осматривая притихших людей вокруг себя, улыбнулся безумной улыбкой и вдруг расхохотался.

— Да! Именно так, пусть приходят ко мне домой лично!

Мужчина развернулся и, шаркая ногами, отправился прочь, в его глазах блестел безумный огонёк. Он явно не контролировал свои действия. Двое товарищей хмуро провожали взглядами его ссутулившуюся спину. Оба выглядели…сбитыми с толку.

— Чё смотришь? — рявкнул он на меня, проходя мимо, и не задерживаясь прошагал мимо.