Книга На крыльях крови, страница 205 – Брайер Болейн

Рука Реган скользнула по моей груди, прикосновение было неприятным, но настойчивым.

— Блейк, ты меня не слушаешь, – сказала она угрюмо.

Я заставил себя отвести взгляд.

Реган улыбнулась мне.

— Так-то лучше. Танцы вот-вот начнутся.

— Мне это неинтересно, – холодно ответил я.

Реган раздраженно фыркнула.

— Ты сегодня такой зануда, Блейк.

— А ты, как всегда, капризная стерва, – безжалостно огрызнулся я. – Я тебя сюда не приглашал, так что не смотри так обиженно. Иди и найди кого-нибудь другого, чтобы выносить мозг.

Я отвернулся, но успел заметить, как вытянулось ее лицо. Мое настроение испортилось. Внезапно мне захотелось побыть одному. Я смешался с толпой и начал бродить по залу.

Я не мог уйти. Я был обязан присутствовать здесь как Глава Дома.

И как Главам Домов, нам с Танакой также не разрешалось нападать друг на друга. Как бы мне ни хотелось нарушить это правило, я знал, что окажусь в огромной куче дерьма, если так сделаю. Хуже, чем то, что чуть не случилось с Пендрагон, когда она напала на меня.

Куда бы я ни посмотрел, я везде видел Пендрагон и Кейджа.

Как только оркестр заиграл, Танака повел ее танцевать.

Я должен был признать, что у Танаки хороший вкус. Было ясно, что он выбирал это платье для Пендрагон. Вырез, конечно, был слишком глубоким. Мои цвета подошли бы ей больше, но даже в черном с серебром она была просто великолепна. Ее огненно-рыжие волосы блестели на фоне темной ткани платья.

Наряд был потрясающим, открытым, облегающим каждый изгиб ее тела так, что у меня пересохло в горле.

Меня убивало смотреть, как Кейдж водит ее по залу.

Я ходил по кругу и теперь снова добрался до группы Драхарроу.

Реган слишком много болтала и слишком громко смеялась. Она коснулась моей руки и попыталась втянуть меня в разговор, но я вырвался. Я знал, что веду себя как придурок, но я не приглашал ее на бал, и меня бесило, что она вела себя так, словно это было иначе.

Я никого не приглашал. Я знал, что Пендрагон отказала бы мне наотрез. Мысль об этом была просто невыносима.

Заиграла медленная композиция, и я увидел, как Кейдж положил руки на талию Пендрагон, направляя ее в такт мелодии.

Каждая клеточка моего тела приказывала мне вырвать ее из его рук.

Мысль о том, что Кейдж действительно мог верить, что эта ночь может закончиться тем, что он окажется в постели Пендрагон, заставила мою кровь вскипеть. Я ни за что не позволю этому случиться.

Я напомнил себе, что был единственным мужчиной в зале, который знал, как она выглядит под всем этим шелком и серебром. Я помнил каждую деталь. Совершенство ее груди, изгиб бедер, длинные соблазнительные ноги.

Я украдкой взглянул на танцпол, на ее соблазнительные округлости, представив, как опускаю край платья и подставляю прохладному ночному воздуху ее обнаженную грудь, припадая к ней горячим ртом.

Твою мать. Я должен был прекратить мучить себя, иначе я буду всю ночь возбужден.

Кейдж мог решить, что все это просто какая-то игра. Попытка разозлить меня, выставляя напоказ Пендрагон. Но я знал ее гораздо лучше. Разве не так? Она была упрямой, непокорной и ни за что не позволила бы Кейджу принудить себя к чему-то.

Я надеялся, что прав.

И все же в объятиях Кейджа ее лицо озарялось улыбкой, которая казалась искренней, и я сжал кулаки. Она никогда так мне не улыбалась. Она казалась счастливой. Как будто ей действительно было весело.