Книга Полудницы, страница 78 – Павел Волчик

— Не беги. Скажи, что тебе нужно?

Она ничего не ответила, резко, не по-человечьи дернулась, сменив позу. Илий успел разглядеть за ее спиной дверь. Открыта или закрыта? Ему выпал шанс, редкая удача – монстр загнан в угол. То, что невозможно на равнине, оказалось проще в замкнутом пространстве барака.

Доктор шагнул вперед и его уверенность вдруг схлынула. Сердце сжалось в кровавый комок. Силуэт ребенка едва различимо виднелся на искрящемся фоне. И в этом силуэте Илий узнал…

— Па-па! Па! – голосок Зарины зазвенел тонкой льдинкой, застрял у него в мозгу. – Ты де, па-а-а?!

Мир окрасился кровью, потемнел. Илий покачнулся и оперся на стену.

— Я здесь, малыш, я…

Полудница вздрогнула. Прочитала его, почувствовала. А может ему так только казалось – исходившее от нее свечение не позволяло разглядеть лицо.

— Поговори со мной! – выдавил он из себя уже не так ровно и спокойно.

Почему она отвечала хозяевам барака, но бежит от него?

— Поговори!

— У-у-у, – низкий утробный звук, похожий на гудение ветра в фабричной трубе, полился из глубины коридора. Сначала Илию показалось, что полудница ему отвечает, но к жуткому альту присоединились другие голоса с улицы – далекие, глухие. Они проползли сквозь щели деревянного барака, как черви, заставили содрогнуться, съежиться.

— У-у-у! – нарастал гул, вводя в оцепенение.

Бухнул выстрел. Дикий вопль разодрал воздух, захлебнулся в истерике. Как на восточном базаре, поднялся гвалт совсем других голосов, знакомых, но не менее страшных – человеческих.

«Начали обстрел здания!» – решил Илий и с досады вцепился ногтями в черную древесину.

Но выстрелы не повторились, только крики, душераздирающие крики огласили округу – на бандитов кто-то напал.

«Пора отсюда убираться».

Он шагнул к полуднице, показывая, что в руках у него ничего нет.

— Я не обижу тебя, слышишь?

Разбитая бутылка на полу, щерившая пасть, полную острых зубов, предательски хрустнула, раскрошилась под подошвой. Силуэт заметался в узком коридоре, вспыхнул ярче и, распахнув дверь, вылетел на улицу.

Илий бросился следом. Яркий свет ослепил его, и в разбитый глаз будто кто-то швырнул угли. Он сощурился и пригнулся, чуть не налетев на ветку. Тут же прогремел выстрел, и на плечи доктора посыпалось что-то мелкое, сверкающее. Он поднял голову и увидел, что стеклянный фонарь у пожарного выхода разлетелся на куски.

Он слышал, как с характерным лопающимся звуком сработали ловушки. Но, пробежав немного, увидел, что никто в них не попался – пустые запутанные сети валялись на земле.

Илий вылетел из кустов и встал как вкопанный. На лесной опушке царила неразбериха. Наемники отстреливались от светящихся силуэтов, мелькавших между деревьями. Откуда они взялись?

Один боец катался по земле и визжал, пытаясь потушить пламя на куртке. Другой сидел, закрывая грязными руками обожженное лицо.

Доктор не знал, куда направилась полудница, похитившая его ребенка. Внутри что-то дрогнуло, сломалось. Он наугад выбрал глазами одну из удаляющихся фигур и побежал следом за ней, спотыкаясь, падая и поднимаясь. Только бы не стоять на месте, только бы… Что? На равнине ему ни за что ее не догнать. Шанс упущен.

Незаметно он пересек круг разваливающегося оцепления. Пробежал по лесу полкилометра и понял, что окончательно потерял след. Ноги упрямо несли его вперед. К горлу подступала тошнота, кружилась земля, и он то и дело опирался на стволы деревьев, чтобы отдышаться.