Книга Полудницы, страница 29 – Павел Волчик

— Спасибо. Вы нам сильно поможете.

— Еще неизвестно, кто кому помогает, – ухмыльнулся Азим. – Страх как тоскливо сейчас сидеть дома. На работе хоть возьмешь книгу какую, полистаешь. А что, доктор не против нашего визита?

— Доктор не против, – ответил Илий. – Он только «за».

Они проводили Елену до машины. Попрощались без лишних слов, но в количестве объятий и поцелуев себя не ограничивали.

Она видела, как Зарина сидит у папы на руках и неуверенно машет ручкой. Видела, как Гоша выпятил нижнюю губу, театрально дуясь.

Она уезжала ненадолго и повторяла себе, что нужно успокоиться. Дети легче перенесут разлуку, если мама перестанет волноваться по пустякам. Но глаза ее, женские коварные глаза, глядящие на дорогу, не соглашались. Они отвечали на все ее уговоры теплой влагой. Туманно намекали: ты совершаешь ошибку, еще не поздно, поверни назад.

Пальцы поправили дело, как дворники на лобовом стекле, расчистили обзор. Серебряная ленточка дороги петляла между холмов. Луна пухлым светляком моталась то вправо, то влево.

Если бы Елена знала, какие у нее прозорливые глаза…

Азим с удовольствием гостил у доктора в доме. Маленькие дети радовали старика, он любил играть с ними и шутить.

Утром Илий уезжал работать в поле, в дом приходили соседки, приносили молоко, овощи, иногда заходили, чтобы просто поглядеть на детей, – в поселке жило не так уж много малышей.

Женщины неторопливо беседовали с Азимом, вспоминали подробности пожара, причитали, охали. Староста молча кивал – он уже примирился с мыслью, что библиотеки больше нет, и только думал, чем ему теперь заниматься.

Дэн полдня пропадал неизвестно где, хотя обещал помогать с детьми.

Вернувшись, он привез банку свежей вишни и угостил всех.

Азим был рад, что не нужно выходить на улицу. Жара еще больше усилилась, и уже многие в поселке отлеживались в полдень.

И тем более Азим удивлялся выносливости доктора. Тот возвращался с поля и находил в себе силы готовить на всех нехитрый обед, возиться с детьми, заниматься уборкой.

Азим готовил ужасно и ничего не мог с этим поделать. Данила постоянно ворчал, пробуя его стряпню, – сам парень, конечно, не готовил. Илий же оказался на удивление хорошим поваром. Они наслаждались обедом в тишине, уложив детей спать.

— Не помню, чтобы когда-то ел такую вкусную говядину! – удивлялся Азим. – Что вы сюда добавили?

— Чернослив и немного специй.

— Объедение. Данила, как тебе?

— Мясо как мясо.

— Дурья ты башка! Ничего не понимаешь! Тебе лишь бы желудок чипсами набить.

— А чего ты сразу ругаешься, дед? Ну, не люблю я всякий там чернослив – и что?

— Да ничего. Ешь и молчи. Дай насладиться вкусом. Где, Илий, вы научились готовить?

— Так, – замялся доктор. – Было много свободного времени, пока ждали боев. Полевой повар, грек, научил. Вообще я на кухне редко, Азим. Руки не доходят.

— А жаль. Вы могли бы освоить новую профессию.

Скоро они отложили вилки, из-за жары совсем не хотелось есть, и даже вкусное мясо осталось на блюде.

Азим порылся в сумке под столом. Извлек оттуда толстую книгу, надел очки и принялся что-то искать в ней, слюнявя палец и переворачивая страницу за страницей.

— Что вы читаете? – спросил доктор.

— Не читаю, ищу то, что уже прочитал. Вам будет интересно. Тебе тоже, Дэн.