Книга Полудницы, страница 177 – Павел Волчик

Через триста шагов он забылся, и шел наугад, пока не заметил, что гроза медленно затихает, и ландшафт вокруг них меняется. Земля под ногами сделалась особенно рыхлой, холмы сгладились. Дэн долго вглядывался в ровные борозды в почве, пока не сообразил, что такие канавы мог сделать только трактор.

Он собирался окликнуть доктора, поднял голову и вдруг увидел вдалеке нечто вполне обычное, но казавшееся чудесным: невысокую башенку с крышей. Никогда в жизни Дэн не мог предположить, что старое кирпичное зернохранилище может так обрадовать его.

Он закричал что-то невнятное, Максим устало поднял голову, увидел одинокое здание посреди поля и заулыбался во весь рот.

— Домик! – тихо пробормотал он. – Домик, в котором мы спрячемся от дождя.

Когда они вошли в тускло освещенную тесную башенку, дождь продолжал лить, но шум его сделался глухим. Дэну казалось, что капли воды все еще падают на кожу. Он посмотрел на крышу и не обнаружил течи. Привычка, только и всего.

Максим сел на пол и, обхватив ноги, спрятал голову в колени. Следом зашли доктор с девочкой.

— Дэн, – позвал Илий, и в его голосе послышалась смертельная усталость. – Подержи Зарину.

Лицо доктора бледной луной замерло в сумраке. Под глазами легли глубокие тени. Дэн взял девочку на руки и почувствовал жар, исходивший от ее тела.

— Это не Зарина, – сказал парень.

— Что? – рассеянно переспросил Илий.

Он оперся спиной на стену и сполз вниз. Веки его закрылись, доктор глубоко задышал.

— Ничего, – тихо ответил Дэн. – Неважно.

На полу лежало немного соломы. Парень сел рядом с Илием – так было теплее, – обнял девочку и тоже начал клевать носом. Они давно уже ничего не ели, и в животе ныло от голода. Но это тоже было неважно. Сейчас можно поспать, и поспать не в грязи и не в луже, не под струями дождя, а на сухом, пусть и каменном, полу.

Сквозь дремоту парень почувствовал, как Максим устраивается рядом. Дождь все лил и лил, но больше ему до них не добраться. Кончилась его власть. Дэн провалился в сон и, как это часто с ним в последнее время случалось, не видел сновидений.

Он проснулся оттого, что свет падал ему на лицо. Дэн открыл глаза и увидел странную картину: алый прямоугольник горел на черном фоне. Парень поморгал и вспомнил, что они в старом зернохранилище. Рассветное небо, казалось, вливается в узкий дверной проем и заполняет их крохотное убежище. Редкие капли дождя падали у порога, разлетаясь радужными брызгами.

Дэн сел, разминая окаменевшие плечи, и оглянулся: дети не спали, доктор что-то тихо рассказывал им, и они вместе выкладывали соломинки в узор на каменном полу.

Парень поднялся, и они встретились с Илием взглядами. Доктор ничего не сказал, только слегка кивнул, и Дэн безошибочно понял по его лицу, что сегодня им снова предстоит долгий путь. Они будут нести на себе детей столько, сколько придется.

В эту секунду парень впервые за все путешествие ощутил себя взрослым. Теперь Илий относился к нему как к равному, доверял ему. Дэн обрадовался бы этому, если бы не ощутил вдруг весь груз возложенной на него ответственности – теперь от него, без преувеличений, зависели жизни двух детей. Парень слабо улыбнулся и подумал, что, наверное, быть взрослым не так уж круто, как он думал.

Утренний свет манил его наружу, он вышел из зернохранилища, подставил лицо легкому ветерку и пошел по полю. Свинцовые тучи еще висели на горизонте, но из-за ближайшего холма уже выглядывала багряная макушка солнца.