Онлайн книга «Четыре месяца темноты»
|
— Обиды на старших братьев и сестёр. Вечная тема, но мне её не понять, потому что я росла одна и, наверное, напрасно страдала от скуки, ожидая пополнения в семье… — Психолог должен понимать всех. Ладно, у нас мало времени. Говори, зачем мы здесь. Девушка убрала со лба волнистые волосы и села перед одной из коробок. — Ты просил помочь тебе с праздничным спектаклем. Монгол держит здесь свои швабры. Он дал мне ключ, только строго-настрого запретил приводить сюда детей. Начнём с костюмов – когда дети надевают их на себя, им легче войти в роль. Волшебник Изумрудного города – хороший выбор. Тугин будет Железным Дровосеком. Мне даже удалось уговорить Афанасьева на роль Трусливого Льва. Это было не сложно. Так что не волнуйся, они будут слишком заняты, чтобы помешать тебе репетировать. Я только не смогла найти эту девочку, Любу, которая по всем показателям – доминант-сабмиссив, то бишь всеми отвергнутая. Раньше она, несмотря на своё положение в социальной группе, охотно участвовала в спектаклях. Озеров отошёл в тень. Агата сделала паузу, дожидаясь его ответа, а не дождавшись, принялась раскрывать коробки с реквизитом, – вообще-то она надеялась, что искать костюмы они будут вместе. — Сегодня я даже не буду с тобой спорить, – раздался печальный голос из полумрака. – Я действительно не разбираюсь в детях и наверняка ложно обвиняю их… — О чём ты, Озеров? — Сегодня я говорил с этой девочкой так, как когда-то разговаривали со мной в школе. — И что здесь плохого? — Ты не поняла. Самые скверные воспоминания о школе связаны у меня с таким вот назидательным тоном. Я не перевариваю школярства и тут же веду себя как нервная старая дева. — Не преувеличивай. — Недавно я вёл урок в средних классах, и один мальчик, Емеля Колбасов… Ты помнишь его? Тот, что обычно носится по школе с красным от натуги лицом. Так вот, весь класс увидел паука на паутине, и прямо на уроке они ринулись его ловить. Представь себе, какое неординарное событие произошло! Паук сам сподобился спуститься, чтобы быть растерзанным детьми. В какой-нибудь деревенской школе его бы попросту не заметили. Я, конечно, попросил их сесть, потому что они срывали урок. Мне пришлось сказать достаточно строго и громко, прежде чем все дети оказались на своих местах. Все, кроме Емели, конечно, – он всё равно стоял там, где нашли паука, размахивал руками и охал. Естественно, самые неусидчивые снова начали вертеться вокруг него, они постоянно оборачивались на меня, чтобы проверить, как я поступлю. Мне пришлось снова прикрикнуть на Колбасова. Раз, другой. Потом моё терпение лопнуло, я подошёл к нему, готовый размазать его по стенке, и потребовал объяснений. И тогда он признался, что пытается спасти паука от смерти, потому что дедушка говорит, мол, неправильно убивать живых существ ради веселья. К тому же мальчик, оказывается, занимается программированием и заметил, что паук выпускает паутину, только поднявшись на самую высокую точку, – то есть в его поведении заложен некий хитрый алгоритм. Вот и всё. Я спутал непослушание с любопытством и добрым порывом. Понимаешь? И таких примеров масса… Агата только пожала плечами: — Очень трогательная история, Кирилл. Но это нормальный процесс – твоя работа всегда будет зависеть от человеческого фактора. |