Книга Путь Скорпиона, страница 182 – Павел Волчик

Держась друг за другом, они медленно двинулись вверх.

Когда трое путников достигли вершины лестницы и их голоса стихли, Анемед медленно вышел из своего укрытия – тёмного хода в стене, через который Иви и Ахти проникли внутрь разлома.

Он постоял на уступе, покачиваясь, обдуваемый ветром, и вяло поплёлся следом. Всего полчаса назад он думал, что умрёт от удушья без нюхательной соли ментори. Но желание жить оказалось сильнее, и он задышал: сначала с хрипами и стонами, а потом легче и легче.

Теперь ученик колдуна не думал о том, куда он идёт и зачем. Ноги просто несли его вперёд.

Шаг за шагом.

Если бы он сорвался вниз, то, наверное, падал бы с таким же бледным, ничего не выражающим лицом. И с такой же пустотой внутри разбился бы о камни, даже не заметив, что умер.

Анемед споткнулся и схватился рукой за торчащий из стены корень. Посмотрел на свою руку как на чужую.

Всё же он хотел жить. Ведь он задышал, поднялся и выследил врагов. А вот сил на месть уже не было. Только бы выйти из этого проклятого каменного города. Найти еду и ночлег.

Он пойдёт за ними, и они выведут его. Вот и всё. А потом он забудет о том, что было в городе Хато. Навсегда.

Чем ниже он спускался, тем ближе к его ногам подбирался зеленоватый туман. Анемеда он не беспокоил. Раз из него вышли враги, выйдет и он.

Рассеянный в мыслях, он внезапно поймал себя на том, что думает об учителе. И эти мысли доставляли ему боль.

Моргред проиграл. Ментори оказался слабее Скорпиона. Иначе тот был бы мёртв.

Он проиграл, несмотря на то что мог использовать силу источника.

А значит, всё, чему он учил, – ложь.

Анемед не нашёл тела учителя среди развалин, у пропасти, где шёл бой.

И поэтому, когда он увидел на дне в тумане что-то тёмное, напоминающее человеческую фигуру, – его пробрала дрожь. Сломанные конечности ментори неестественно выгнулись. Исковерканное тело напоминало мёртвого паука.

Анемед долго стоял, не решаясь войти в туман и увидеть мертвеца близко. Наконец он начал осторожно спускаться, опершись на руки и аккуратно переставляя ноги.

Туман достиг его груди, шеи и поглотил с головой. Как ни странно, в зеленоватой пелене Анемед мог видеть гораздо лучше, чем ему бы хотелось.

Великого архимага узнать было сложно. Его туника разорвалась от подола, обнажив посиневшее тело. Голова была повёрнута к небу, хотя мертвец лежал на животе. Вывихнутая челюсть придавала лицу Моргреда ещё большую надменность, почти комичную.

Но Анемеду было не до смеха. На дне расселины, да и в целом мире, юноша теперь остался совсем один. Этот странный, сухой и горделивый колдун, которого все презирали и боялись, был единственным человеком, который его любил и защищал.

— Ментори, – хрипло позвал Анемед.

Никто ему не ответил.

— Ментори, ментори, ментори… – повторил юноша и, повалившись на колени, заплакал.

Долго в тишине разлома слышались его всхлипы.

Он сел, вытер нос рукавом и обхватил колени. В щели между камнями что-то тихо горело, как светлячок. Анемед протянул руку, и его пальцы словно коснулись льдинки. Он придвинулся и разглядел в голубоватом свечении узор: глаз, заключённый в форму летучего змея.

Юноша потянул амулет на себя, и шнурок натянулся. Хоть ему не хотелось касаться головы мертвеца, но, чтобы снять амулет, пришлось приподнять голову колдуна. Она была выпачкана чем-то липким, и Анемед, высвободив шнурок, с брезгливостью отдёрнул руку.